— Нин, — опять сказал я уже в машине.

Она устало закрыла глаза. Я не знал, какие слова подобрать, чтобы оправдать свое поведение. Вероятно, она обижалась? Злилась? Чувствовала же она хоть что-нибудь! Ну, почему же тогда молчала?

Когда зажёгся свет, я точно протрезвела. Меня вдруг накрыло такое омерзение к самой себе. Нет, ни к нему! Ведь он мужчина…

Мы выпили, включили музыку. И тут еще свет…

Как будто всё способствовало этому. Но я! Это я должна была оттолкнуть его. Прекратить!

«Теперь уже ничего не исправить», — отчаянно думала я, понимая, что произошедшее отразится на наших отношениях самым худшим образом. «Раньше у меня была хотя бы его дружба? А что теперь? Захочет ли он вообще со мной общаться?».

Нинка не отвечала на звонки. «Урод!», — ругал я себя, — «Доигрался? Что ты наделал? Теперь она вообще не захочет с тобой общаться!».

Для меня же случившееся было настолько естественным и закономерным. Будто я всю жизнь стремился к этому дню. Но с какой стати я решил, что мои чувства взаимны?

— Девочки шопились! — игриво доложилась Анька, кивая на разноцветные пакеты у порога.

— Какие девочки? — не понял я.

— Ну, какие, Артём? У меня много подруг? Я и Нинка!

Анька стала увлеченно изучать обновки, а я искал перемены в её поведении. Не нашёл!

— Вот это красивое, — рассеянно кивнул я на темно-синее однотонное платье.

— Мне тоже нравится! — согласилась Анька, красуясь. Она выпрямила плечи и собрала волосы наверх, — Не отнять! Вкус у Нинки отменный!

— А как насчет белья? — спросила я, указывая на красочную витрину.

Анька примерила соблазнительное боди, и порочный алого цвета набор, в котором ее скромных размеров грудь приобретала немыслимые формы. Я равнодушно подумала о том, что выбираю наряд, призванный соблазнить Артёма.

Когда я соглашалась «пробежаться по магазинам», то не учла, насколько сложно будет мне держать себя в руках. Рядом с ней!

Как будто она была виновата в том, что у меня проблемы с самоконтролем! Я ощущала стыд, вину и злобу! Но наравне с этим мое тело мучили и совсем иные чувства. Я все ещё помнила, как это было…

— Мне кажется, это оно, — Анька высунула голову из примерочной.

— И впрямь интим-кутюр, — я одобрила находку и ужаснулась цене.

Вечером я слегла с температурой...

По словам супруги, Нинка простыла, и она всерьез опасалась, что та не явится на праздник.

— Человек болеет, а тебе лишь бы праздновать! — сказал я.

После работы я поехал к ней. По дороге купив апельсины, гранатовый сок и её любимые шоколадные маффины. Могло случиться так, что дома окажется её странная соседка. И тогда единственное, что я смогу сделать – это, как в больнице, оставить передачку.

Существовал и другой вариант! Если Нина одна этим вечером, тогда был шанс поговорить. Наконец-то все прояснить, извиниться.

Зо Зо отправилась в клуб, а я решила не терять времени даром, и устроила домашнее СПА. Набрала ванну с пеной и погрузила в горячую воду свое воспаленное тело. Всегда болея, я старалась привести себя в порядок. А вдруг однажды умру? Тогда хотя бы умру красивой! Я неспешно вымылась, сделала маску, закуталась в махровый халат и накрутила чалму на голове. Предвкушая чай с конфетами, включила телевизор. И тут раздался звонок в дверь…

— Кто? — спросила я, хотя в глазок отчетливо видела Артёма.

«Ну что ему нужно?», — мысли забегали, — «Прогнать? Но я уже обнаружила себя! Вот идиотка!».

— Нин, это я, — ответил Тёма.

Пришлось открыть. Он переступил порог.

— Вот, тебе, — сказал Артём, вручая мне пакет.

Я заглянула внутрь: «он считает, что я все это съем?».

— Спасибо.

— Мы можем поговорить? — он топтался на пороге.

«Прогнать!», — подумала я, но вслух зачем-то произнесла:

— Заходи.

Он проследовал за мной на кухню.

— Как себя чувствуешь? — спросил Тёма, наблюдая, как я выкладываю из пакета фрукты.

— Нормально, — я пожала плечами, поправляя полотенце на голове.

— Ты что, купалась?! — его тон изменился.

— Да, — растерянно кивнула я.

— Ты же болеешь!

— И что? Мне теперь грязной ходить?

Артём нахмурился:

— Завтра у нас мероприятие! Придёшь?

— Не надо? — уточнила я осторожно.

— Почему?!