Так и будешь жить в пространстве заоконном, По-весеннему влюбленном, обреченном, Заполняя жуткой скуки формуляры, Выдавая грез хрустальных экземпляры.

* * * Что с того, что пейзаж фантастичен, И пространство уже искривилось? Погибающий мир - хаотичен. Он живет только тем, что приснилось.

Он живет ожиданием боли, Отголосками памяти бредит. И понять он себя не позволит, Даже в самой приватной беседе.

Он становится светом вторичным, В бесконечность ночей ускользая... Взглядом грустным, слегка ироничным, Обреченные души пронзая.

* * * Шапку невидимку нахлобучу, И гулять немедленно пойду. Время собирает слезы в кучуИ творит великую беду.

Тени остывают в переулках. Ночь и день давно слились в одно. Та же повторяется прогулка. Тот же обреченный взгляд в окно.

Та же безнадежности усмешка, Гордости последний бастион. Та же Ада яростная спешка. Крик, переходящий в тихий стон.

Только я, уже не замечаю, Кто со мною рядышком хрипит? Сердце верить в вечность приучаю. Приучаю к злу, что все дробит.

Жизнь нам очень часто привирает, Хочет к романтизму воспарить... Друг мой, даже звезды умирают, Что уже о людях говорить...

Друг мой, даже злоба исчезает. Даже боль, что выдумать нельзя В мире постепенно замерзает, Плавно по поверхности скользя.

* * * Полумрак твоих глаз с темнотою Вселенной сольется. И судьба упадет, об асфальт пустоты разобьется. И припомнит душа закоулки безумья и боли. И великие сны, что на части тебя раскололи.

Проплывают в бессмыслице улицы бед и кошмаров. Лишь глухое отчаянье в ритме сердечных ударов Прорывается в вечность, в ее ледяные высоты. Но печальному миру неважно, зачем ты и кто ты?

Так рассмейся над тем, что тебя волновало когда-то, Погружаясь в пространство ночное, как пламя заката. Исправляя ветрами веков кривизну ненароком, Ощущай как все в мире жестоко, жестоко, жестоко...