Я не договорила, почувствовав боль в груди. Опустила глаза вниз и увидела нож, что торчал из моей груди. Прямо из сердца.

Глава 5 Итоги

МАКИЛА

Какие же неподъемные веки! И болит все, что только можно. Ох, Ось бытия, как же тошно! Напряглась, открыла глаза. Спальня господина Мулцибера, кажется. Эту роспись на потолке невозможно не узнать — всегда, когда прибиралась, любовалась этой красотой. Говорят, он сам рисовал. Но что я здесь делаю?!

Попыталась приподняться и тут же прекратила — боль волной прокатилась от макушки до пяток, словно я батончик лкесы, который умелый повар споро нарезает острейшим ножом на тоненькие ломтики. Закрыла глаза, выждала, когда отпустит, снова открыла.

Неужели я упала в обморок во время танца? Что натворила, вот ведь! Госпожа Рахана меня убьет! Дверь скрипнула, но мои надежды на то, что это Мара, не оправдались, в спальню зашел Агор. Смерив меня презрительным взглядом, демон ухмыльнулся:

— Отвратно выглядишь, женушка!

— Что… — попыталась спросить я, но изо рта вырвалось лишь сипение.

— Что произошло? — догадался он и, подойдя к кровати, налил в маленький стаканчик воды из большого графина. — Открывай рот. Не зыркай так, пить дам.

Благословенная влага скользнула изо рта в пересохшее горло, и стон наслаждения сорвался с губ.

— Вот и еще самоцветы к долгу добавились, — с кислой улыбкой отметил демон, сев на край кровати.

— О чем ты? — смогла прошептать я.

— Совсем ничего не помнишь, что ли?

— Совсем.

— Тогда слушай. Тебя кто-то пытался отравить. Кстати, ирония — одну пустынную тварь пытались убить ядом другой пустынной твари! Ты шлепнулась во время выступления, короче. Тебя привезли сюда, докторюгу дорогущего вызвали, который Высших демонов лечит. А он, гадина такая, приказал целую ванну водой наполнить и тебя туда опустить!

— Как это?

— Дорого ты мне обошлась, женушка! — Агор поднялся. — Уж лучше бы сдохла, как Мара, а то ведь придется до конца жизни работать, чтобы долг за ту водичку погасить!

— Мара… умерла?! — меня снова скрутило болью, но эта, душевная, была стократ сильнее телесной.

— Она твои туфли начищала или что-то там подобное, не знаю, — отмахнулся демон. — Яд попал к ней сразу в кровь через порез на пальце, и все, на глушняк. И она, и младенчик. Даже в сознание не приходила.

— Но как же…

— Мне плевать! — перебил Агор. — Обожди, пожрать тебе принесу. — Он подошел к двери, обернулся и бросил через плечо. — Не надумай себе ничего такого, женушка. Мне за тобой ухаживать велено, потому что слуг теперь и так не хватает. И уж поверь, я за тобой как мать родная ходил, мне тоже надо, чтобы ты побыстрее выздоровела, вдвоем долг отрабатывать будем!

Он ушел, хлопнув дверью. Как мать родная. Да уж, примерно так она обо мне и заботилась — из необходимости, потому что сплавить Матери демонов немощного младенца не получилось. А на деле помри Макила, мама лишь с облечением выдохнула бы. Наверное, радовалась, когда продала меня Рахане.

Лишь бабушке, что работала в здешней купальне, да Маре было не плевать на Макилу. И обе теперь в могиле. Из уголка глаза выкатилась слезинка. Ну уж нет, на меня и так уже слишком много воды потратили, нельзя плакать. Надо выздоравливать — чтобы выяснить, какая мразь это сделала. Она должна ответить за то, что моя подруга с нерожденным ребенком в животе теперь лежит в могиле!

ФАФНИРА

Люцифер, как всегда, стоял у окна, глядя на Пандемониум. Я не рискнула обнимать его, лишь встала в сторонке, гадая, о чем же он размышляет. Не иначе, как об этой своей Риэре, будь она неладна. Но скоро это изменится. Скоро все изменится!

— Дорогой, — тихо позвала я, выманивая его из грез.

— Чего тебе? — раздраженно отозвался мужчина, покосившись на меня.

— Хочу сказать тебе кое-что.

— Так говори уже, не тяни. Новое украшение приглядела себе?

— Нет, этого добра ты мне с излишком надарил, — я улыбнулась и подошла ближе. — Теперь моя очередь тебя баловать!

— Прекрати говорить загадками, я этого не люблю.

Бедняжку Фафниру ты тоже не любишь, знаю. Да и не нужна она мне, эта любовь, как у смертных на земле. Предпочту всеобщее раболепие и преклонение передо мной — Королевой преисподней!

— Что ж, тогда скажу прямо — я беременна!

— Беременна? — его глаза удивленно распахнулись. Никогда не видела Люцифера таким! Теперь он смотрел на меня так, словно не ожидал, что фаворитка на такое способна. — Но как сумела? Ведь ни у кого не получалось!

— Пусть это останется моей маленькой тайной, — прошептала я, теперь уже без опаски обняв мужчину за талию.

— Пусть, — прошептал он, в свою очередь прикоснувшись к моему животу. — Что хочешь в ответ на такой бесценный дар, Фафнира? — глаза пытливо глянули в мое лицо. — Проси — все получишь!