Почти неподвижное выражение лица Селима мне безумно нравилось. Редкие улыбки смягчали неприступный вид, делали и обаятельным, а не только красивым. Выдавали человека тёплого, только не желающего это показывать.

Какая-то притягивающая магия этого человека — повсюду. Она требовательно проникала в меня, чтобы я насладилась каждым мгновением. И я наслаждалась.

Я влюблялась в Селима. Вот тут, прямо сейчас. Под его взглядом, проникающим прямо в сердце. Лёгкое движение его ладони, и мне уже мало, я хочу чего-то ещё. Жест руки и я потерянна, подвластна. Смотрю и понимаю, хочу прикосновения, поцелуя. Хочу объятий.

Хочу… но что-то слишком я замечталась.

— У тебя был кто-то? — тихи, властный голос, мягко требует правды.

Вопрос этот вернул меня с небес на землю.

— Что? В смысле?

— Я спрашиваю, был у тебя парень?

Взгляд Селима, напрягся в ожидании, хотя кажется равнодушным. Такое ощущение, что от моего ответа будет зависеть очень многое.

— Да был. Мы жили вместе, почти три года.

Зачем скрывать, всё равно узнает. Так почему не теперь.

Скулы его дернулись и застыли. Взгляд заледенел, но лишь на секунду. Селим повернулся, махнул рукой официанту. Тот суетливо подошел, протянул меню. Селим, уже как-то холодно, глядя в мои глаза, с неподвижной полуулыбкой сказал, обращаясь при этом к официанту:

— Как обычно.

В душе смятение. Я не понимала что происходит. Магия растворилась. Как будто несколько минут кто-то держал шифоновую занавеску, за которой всё было размыто, казалось волшебным и притягивающим. А теперь занавеска упала, волшебство исчезло. Испарилось, как дым. Его больше нет. Показалась правдивая, неприглядная реальность.

Селим нравился мне, но в то же время пугал. Секундами пугал, а нравился часами.

Официант ушел, исчез из поля зрения.

— Так на чём мы остановились? — спросил Селим, как учитель спрашивает ученика.

— На парне, — напомнила я с улыбкой, снова пытаясь вернуться к шутливому тону.

И кажется, получилось.

— Да, на парне, — выдохнул Селим и прищурился, — Ты любила его?

— Может быть, я не знаю. Теперь уже думаю, что это была не любовь. Просто как-то так получилось, обстоятельства сложились.

— Не понимаю. Ты или любишь или нет, а обстоятельства как могут сложиться? — он был явно недоволен, теперь это уже чувствовалось сильнее.

— Ну, мы были молодые, встретились пару раз. Потом стали жить вместе. А однажды поняли, что это ошибка.

Взгляд его казался холодным. Я словно держала экзамен, а Селим его не принимал. Не хотел принимать.

— Ладно, — ответил нехотя.

Потом снова замолчал, отвёл взгляд. Будто где-то внутри, напомнил себе, что не нужно придираться и осуждать. Он не хотел, но заставлял себя не осуждать меня. Так мне казалось. И словно даже уже не хотел со мной разговаривать.

Но в чём осуждение?

Странно. Теперь я уже начала чувствовать неловкость, и поняла, всё-таки сказала что-то не то. Но, если мы будем встречаться, лучше чтобы он знал о том, что у меня был парень. Я не собиралась этого скрывать.

Селим сложил ладони перед собой, приложил их к губам и почти минуту сидел так, задумавшись. Уперев взгляд в стол. Будто решал, идти мне с ним дальше, или не идти.

— Значит, ты его не любила, — наконец вымолвил он.

— Нет.

Ответ ему понравился. Селим сжал, а потом разжал губы.

— Хорошо, — сказал, как оценку поставил.

Хорошо — значит не отлично, но всё-таки — не плохо.

— А у тебя кто-то был? — решила я поинтересоваться и тут же пожалела.

— Это не важно, и тебя не касается, — отсёк и быстро глянул на приближающегося официанта с блюдами.

Принесли закуску. Что это было, я не поняла. Салат с орехами и листьями, я прожевала с удовольствием, потому что после работы была голодна. Но всеми силами старалась этого не показывать, и на еду не набрасываться.

Селим ел сдержано, кидал на меня редкие взгляды, но уже не разглядывал, так как вначале. Я тоже молчала, боялась снова ляпнуть что-то не то. Не хотелось показаться болтухой. Хотелось нравиться. Надеюсь, он это чувствует.

Ужин прошел в редких вопросах, а потом, резко закончился.

— Мы уходим, — сказал Селим, встал и кинул на стол деньги.

Я ещё не доела десерт, но спорить не стала, положила вилку, поднялась.

Селим повернулся и пошел к выходу. Я за ним. Торопливо, цокая каблуками, я прошла по залу и это казалось совсем уж странным, так быстро уходить.

Мы сели в машину. Селим молчал, я тоже. Только виновато посматривала и краснела. В полутьме, этого было уже не разглядеть. И слава богу.