– Давай еще посмотрим. Нам нужно минимум два кандидата. А лучше три!

– Зачем, Варюха? – недовольно протягивает Майка. – Нормальный же парень!

– Малинина, а ты не допускаешь мысль, что этот нормальный парень заломит неподъемную цену? У нас должны быть варианты. В конце концов, будем торговаться с кандидатами, брать их на понт.

– Как это? – синхронно протягивают девчонки.

– Скажем, например, Степану Одинцову, – тычу в случайное фото, – что Марк Гром согласился мне помочь за десять тысяч рублей.

– С ума сошла? Один час его работы стоит дороже! – всплескивает ладонью Лика и сразу же осекается, стыдливо поправляя прическу.

– А я скажу, что согласился, – хитро улыбаюсь я. – Давай звони, Беккер. Вот этим двоим.

Пока Лика собирается с духом, Майка ходит из угла в угол, молитвенно сложив на груди руки. Того и гляди, молиться начнет за успех сомнительной операции! А уж в ее странности сомневаться не приходится – мало ли кем окажутся эти парни? Может, они тайные маньяки, отрезающие болтливым девушкам языки?

– Добрый день, Степан. – Пропевает Лика в динамик. – Меня зовут Анжелика Львовна, я преподаватель философии одного из самых престижных университетов нашего города.

Ха, это она про наш лесотехнический? Ну ладно, слушаем дальше. От серьезного, даже напыщенного вида «профессора философии» Беккер мы с Майкой валимся на кровать и зажимаем смеющиеся рты подушками.

Лика взмахивает ладонью, требуя тишины и продолжает:

– Степан, университету требуется помощь самой известной, перспективной мужской модели в городе. Это вы, Степан. Что нужно делать? Выступить на мероприятии. Какие даты? Эм-м-м… Давайте обсудим при встрече. Конечно, не беспокойтесь, о гонораре тоже поговорим. Встречаемся сегодня в торговом центре «Горизонт» на Доваторцев, в фуд-корте на шестом этаже. В чем я буду одета? – глаза Лички испуганно бегают по сторонам. – Это неважно, Степан. Я работник кафедры и одежда… для меня не имеет значения.

Ну все, мы с Майкой ржем в голос, словно городские сумасшедшие. Лупим друг друга подушками, пока Личка прощается с «перспективной моделью».

– Хватит ржать, дурехи! Варька, подъем! – приказывает она. – Ну-ка покрутись.

Я выполняю ее просьбу, демонстрируя дешевые джинсы и свитер крупной вязки. Что поделать, я не модель, а простая девчонка. Пишу за балбесов рефераты, подрабатываю по выходным официанткой в баре.

– Нужно тебя приодеть, Поленкина, чтобы у Степана челюсть отвисла. – Прикусив губу, резюмирует Лика. Майка согласно кивает, сканируя меня взглядом.

– И парикмахерская не помешает. И маникюр! – взвизгивает Малинина. – И каблуки! Ты такая мелкая, Варюха, а эти модели наверняка привыкли видеть рядом с собой высоких красоток!

– Девочки, а давайте попросим экспертное мнение со стороны? – оживляется Лика. – Какая одежда сводит парней с ума? Вы же понимаете, что глубокое декольте и короткая юбка ассоциируется с низкой социальной ответственностью? Заодно я с Федей повидаюсь… – Лика мечтательно закатывает глаза. – Ну чего ты, Варька? Звони давай своему дружку, пусть едет с нами тебя наряжать.

Я медленно тянусь к телефону и набираю номер Федора. После парочки длинных гудков в динамике звучит его глубокий бархатный тембр:

– Варя, привет.

– Ты мне очень нужен, Федечка. Вернее, твое мужское мнение. Экспертное. – Сдуваюсь от стыда, как шарик.

– Чего? Ты не заболела, Поленкина? Что вы там задумали? – выпаливает Федька. Вот же зануда, в своем репертуаре!

– Расскажу все при личной встрече. Жду тебя через час в «Горизонте».

– Только ради тебя, Варюха. Пока.

Варя.

– На свидание намылилась? – прищуривается маникюрша, похожая на бочонок с медом. Старательно пилит ногти, битый час пытаясь меня разговорить. Можно подумать, маникюр делают исключительно перед свиданием. Какие-то варварские стереотипы, ей-богу!

– Нет, почему сразу свидание? – кисло протягиваю я и поджимаю губки, словно речь идет о чем-то оскорбительном или преступном.

– Ну и ладно, – бодро соглашается она. – Какой цвет гель-лака?

Малиновый, какой же еще? Майка проявила недюжинную способность к убеждению и записала меня в салон возле торгового центра. Наплела там что-то про «безвыходную ситуацию» и «вопрос жизни и смерти». Неудивительно, что маникюрша Виолетта вместе со всем коллективом сгорают от любопытства.

– Красный… Или ярко-розовый. – Важно произношу я как раз в тот момент, когда Майка вихрем вваливается в салон. Растрепанная, розовощекая, с длинным шарфом, неопрятно свисающим до самого пола.

– Поленкина, мы там тако-ое платье присмотрели с Ликой! Там не только у Степана, у всех особей мужского пола челюсть отвиснет. Ты скоро? – подруга переводит взгляд с меня на маникюршу. – И когда уже Федор приедет, а то там Беккер изнывает от тоски?