Отошёл от Макса, присел, схватился за лицо, не может такого быть.

Нужно найти людей. Идея простая, но не понятно, как её реализовать. Макса он связал верёвкой, найденной в соседнем дворе, и затащил его в дом. Тот лишь вяло брыкался и урчал. Тогда он решил, что просто обязан найти хоть кого то, не верилось, что весь мир сошёл с ума и наступил зомби–апокалипсис. То, что не раз видел в деланно серьёзных фильмах, от того более смешными они казались. В реальность верилось с трудом, ещё хуже было представить, что он выжил один на весь мир. И теперь вынужден скитаться и отстреливать зомби пачками. Тупые мысли, не правильные, но других не было. Не заметил, как во время эмоционального накала разбил себе руки, и кажется Макс укусил плечо, когда он его повалил. Снял, синтетическую футболку с длинным рукавом, в которой не жарко летом, так и есть, рваная рана, вещь тонкая — не спасла от зубов. По мере того, как начал успокаиваться — начала приходить боль. Необходимо успокоится, перемотать раны. Вечереет, уйти куда–то нет возможности, да и куда идти ночью, ни дорог, ни местности он не знает. Надо переночевать в любом из домов, в том, что меньше всего воняет. Так же нужно найти какое–нибудь оружие, топор или косу, или вилы на худой конец. Нужно что–то, что позволит держать зомби на расстоянии, судя по всему, они не очень расторопны.

В сарае нашёл топор, и бензопилу в рабочем состоянии, не очень понимал, как ей защищаться, но в кино пилой вроде часто орудуют. Если мир, что ты знал до этого, трещит по швам и зомби реально существуют, возможно и бензопила сработает так как это было в фильмах, ибо Другого опыта борьбы с зомби, кроме предоставленного кинематографом нет.

Заперся в доме, напротив того, где он оставил Зомби Максима. Придвинул шкаф к входной двери и закрыл ставни. Не спал давно, уже третьи сутки пошли, проверил ещё на раз надёжно ли шкаф запер дверь, которую предварительно закрыл на все замки. Лёг одетым с топором в обнимку, не до комфорта. Плечо и кисти перетянул порванным полотенцем. Устал так, что забылся крепким сном почти моментально.

— Голод. Еда близко. Ничего не выходит. Освободится. Еда… Еда… Еда…

Порвать, порвать. Свобода. Запах, лучший Запах. Не пускает. Не пускает. Освободится. Еда… Еда… Еда… Видно, где Еда совсем рядом. Надо торопится. Голод. — брызги стёкла разлетелись во все стороны, из окна вывалился свежий заражённый. Поднялся и быстро побежал к источнику вожделенного запаха. Скребя углы и двери, пытался попасть в забаррикадированный дом, к Еде. Голод толкает вперёд, не даёт остановится или отступить. Но и не даёт думать. Упорству любого зараженного можно только завидовать, обладая им и большим количеством времени можно совершая сто ошибок, один раз совершить удачную попытку.

Спустя почти два часа блужданий и попыток прорваться, зараженному повезло. Улей даёт шанс всем. И иммунным, и зараженным. И этому заражённому, Улей тоже предоставил законное право на существование. В пристрой со стороны огорода попала граната выпущенная из подствольника, Рейдером отряда зачистки три недели тому назад, когда данный кластер перезагрузился и был зачищен специальной группой иммунных, отвечающих за сокращение популяции заражённых, на кластерах примыкающих к регулярному маршруту караванов.

Граната пробила одну из стен, и заражённый наткнулся на данный лаз. Пробравшись в пристройку, опустился по бетонной лесенке, используемой хозяевами дома, для попадания в подпольное помещение со стороны огорода. Подняться по крутой лестнице на кухню заражённому было значительно труднее, но опять же время на преодоление преграды было, а свежий иммунный, вымотанный слишком сильно, и эмоционально, и физически, не обладал выдержкой и опытом уже адаптированных иммунных. Лишь когда последняя преграда была преодолена, и заражённый попал в дом…

Илья дёрнулся от близкого урчания, не очень понимая, что происходит, уронил топор, который до этого обнимал.

— Аааааааааааа, — закричал он, шаря по полу, в поисках упавшего топора.

Резко ворвались воспоминания о событии последних дней. А за ними пришёл Страх.

Голод, Еда рядом, вот она, ревёт, Еда… Еда… Еда… кровь вкусно, мясо рвать, рвать горло, ЕДА!

Насытившись, свежий заражённый, ещё долго оставался в доме. Полностью обглодать труп у него вышло через тридцать шесть часов. И нескольких подходов, после непродолжительного пошатывания с пяток на носок. Желудки свежих ещё не так вместительны и требуется пусть и короткие, но перерывы в трапезе.

— Третья, девяносто пятый, тридцать литров, пожалуйста. — На кассе, ища в кардхолдере карту данной заправки, озвучил покупку молодой мужчина. Он был ростом выше среднего, с карими глазами, тёмно–русыми прямыми волосами, зачесанными назад. Не атлет, но явно дружил со спортом. На правой щеке у него был длинный тонкий шрам, почти не заметный при не ярком освещении.

— Кофе зерновой, воду в дорогу желаете, — спросила его продавец–консультант.

— Нет спасибо, только бензин, — вежливо отказался мужчина.

— С Вас одна тысяча восемьдесят рублей…

Расплатившись, мужчина по имени Альберт отправился к машине, постоял у пистолета наблюдая как меняется цифры на табло, когда насос закончил извергать в бак оплаченное топливо. Привычным движением повесил пистолет, закрутил крышку топливного бака, закрыл юшку и сел за руль.

— Ты опять забыл, — наигранно серьёзно спросила его невеста.