— Спасибо, но мы тут привыкли, Нелла, — Ритала Кайс взглядом отправила свою дочь Стеру из гостиной, — Тем более, в последнее время всё успокоилось, Глюк теперь всё время будет дома. На что жить, у нас пока есть, а там и вновь пойдут клиенты.

На Глюка, сидевшего почти весь разговор молча в обшарпанном кресле с кубком разбавленного вина, Вика особых видов не имела, а вот на его магически одарённых жену и дочь весьма рассчитывала.

Честно говоря, Кайсов попаданка совсем не понимала. Это в её родном мире, при всех очевидных неудобствах, жизнь в крупных городах имела и множество плюсов, начиная с большого количества всяких культурных, развлекательных, спортивных и учебных заведений, кружков и секций, как говорится, в шаговой доступности, и заканчивая более широких возможностей поиска интересной и доходной работы или деятельности.

А в этом-то мире какой смысл цепляться за Вьеж, если альтернативой предлагается райский уголок, да ещё и с гарантированным на долгие годы источником заработка? А Вика собиралась пользоваться мастерством Кайсов всерьёз.

Нет, и в её родном мире были примеры, когда в том же Древнем Риме люди предпочитали жить рискуя собой в часто обрушающихся четырёхэтажных домах, портить здоровье водой из водопровода, сделанного из свинцовых труб, дышать наполненным миазмами и болезнетворными бактериями воздухом. Но там хоть было понятно почему — им обеспечивались безопасность, хлеб и зрелища.

Во Вьеже никто бесплатного хлеба не давал и зрелища не устраивал, а безопасность Акулий Зуб семье её соседей-приятелей гарантировал гораздо надёжней.

— Ну, нет, так нет, — искренне сожалея вздохнула Вика, — Если передумаете, сообщите Алеку, моему жильцу. Он найдёт способ отправить сообщение, хоть даже голубиной почтой, если срочно. Кстати, как он? Не буянит?

— Что ты, — засмеялась Ритала, — Очень приветливый и скромный молодой человек. Мы его практически и не видим. Рано утром уходит на службу, поздно вечером — если не остаётся на дежурстве во дворце — возвращается. Говоря по правде, весьма лестно иметь соседом благородного дворянина и гвардейского офицера. Вот служанка у него нагловатая. Я бы такую, на его месте, давно бы воспитала, но, думаю, у него есть причина терпеть её расхлябанность.

Вика и молодая женщина рассмеялись. Обе они легко догадались о причинах столь терпеливого отношения шестнадцатилетнего дворянина к выделенной ему Араной в помощь двадцативосьмилетней рабыне.

— Спасибо за так замечательно, как всегда, вовремя исполненный заказ, — поблагодарила Вика, вставая с диванчика.

— Это тебе спасибо, Нелла, — улыбнулась Ритала, — благодаря тебе мы не только сводили концы с концами в это сложное время, но и кое-что откладывали…Скажи, — молодая соседка немного смутилась, — Как я понимаю, зачем тебе такое количество одинаковых простеньких серебряных колечек — это не наше дело?

— Ты всё верно понимаешь, — Вика на прощание махнула рукой Глюку и обняла Риталу, — Я и сама толком не понимаю, что моя нанимательница магиня Эрна задумала, и с какой целью всем своим наёмникам вручает их в качестве награды. У всех ведь свои тараканы в голове. Как по мне, так лишь бы платила достойно и вовремя.

— Это точно, — подал голос Глюк, поднявшийся проводить уважаемую гостью, — И с этим, я вижу, полный порядок.

Под грустным взглядом двенадцатилетней Стеры, успевшей полюбить интересную и щедрую соседку, к тому же, сестру Гнеша, с которым девочка смогла сдружиться, Вика покинула территорию особняка.

Её поход с Эрной по ювелирным лавкам был достоин если не отдельного романа, то повести точно. Бывшая крепостная всё никак не могла привыкнуть ни к новому статусу, ни к своим изменившимся финансовым условиям — а к моменту возвращения Вики от Кайсов капитан галеры успел удачно распродаться и передать Эрне причитающиеся ей и «её людям» деньги. Даже с учётом доли, отжатой перекупами, Викиной компании досталось без малого четыре тысячи лир. Сумма просто — по местным меркам — сумасшедшая.

Попаданке пришлось буквально заставлять подругу не скромничать. В итоге, они общими усилиями украсили почти половину Эрниных пальчиков на обеих руках кольцами с драгоценными камнями, уши серьгами, а шею толстенной — в этом мире со скромностью и чувством меры не заморачивались — цепью с амулетом в виде восьмилучевой звезды.

Мужчины в этом мире любили украшаться драгоценностями не меньше женщин. И если в отношении себя подруга была чрезмерно скромной, то вот в отношении своего дружка совсем наоборот.

— Я его и так очень обидела, что не попросила за него герцогиню. Вика, ну давай Гарни тоже купим кольца и цепочку, хотя бы небольшую. Давай? — Эрна попросила об этом, когда они уже вышли из ювелирной лавки, как подумала попаданка, последней на сегодня, — Не хочу видеть грусть и упрёк в его глазах.

— Зануда он у тебя, Эрна, — в сердцах высказалась Вика, — А для нас, скромных девушек, зануда — это такой мужчина, которому проще дать, чем отказать. Пошли назад, видела я там подходящую златую цепь на дубе том.

По возвращении девушек в гостиницу — одна из них при этом светилась ласковым светом немыслимого ранее счастья — они застали в едальном зале главного районного авторитета, который в самом тёмном углу на пару со своим подручным Дубиной поджидал Вику.

Эрна тоже заметила Шторма и взглядом спросила у подруги, нужно ли её присутствие. Получив сигнал, что госпожа и благодетельница хочет о чём-то поговорить со своим бандитом без неё, ничуть не расстроилась и на всех парах устремилась в свой номер, где её ожидал любимый.