Пока работала кофе — машина, мы молчали. Лишь когда я села за стол и принялась потягивать горячий напиток, мужчина заговорил.

— Господин Грассо, оставил дарственную на ваше имя. В случае его смерти, всё имущество, включая бизнес и всю недвижимость, переходит к вам.

— Вы меня конечно простите, Арсений Валентинович, но я не вижу смысла начинать эту тему. О смерти Давида никто не говорил, что означает одно, он вернется и продолжит дальше быть владельцем своего имущества.

— Я понимаю, но ведь экспертиза подтвердила его смерть. — мужчина достал платочек и вытер потный лоб, заметно что он нервничал и волновался.

— Какая такая экспертиза?

— Ну как же, утром мне прислали результаты экспертизы, подтверждающие, что на месте пожара, было обнаружено тело господина Грассо. — я смотрела на него и понимала, что он не врет, просто мне никто об этом не сообщил.

— Результат экспертизы у вас с собой? — мужчина закивал головой, как болванка и вытащил мне документ.

Я внимательно вчитывалась в текст, но не могла понять ни одного слова. Резко в столовую влетает взволнованный Артур, и увидев помощника Давида, тяжело вздыхает.

— Арсений Валентинович, ну кто вас просил сообщать эту новость Дине? Будто нельзя было подождать несколько дней. — он подходит ко мне, забирает лист, обнимает и крепко прижимает к своей груди.

Дальше начинается самая настоящая истерика. Я реву белугой, а Артур как маленькую качает меня и гладит по голове. В голове картинками всплывает лицо Давида.

— Артур, скажи, что это не правда, пожалуйста. Он не мог умереть, он сильный, он никогда не сдается. Он не мог, слышишь, не мог. — не знаю разбирает ли мои слова Артур, потому что это больше похоже на вой.

— тише, тише, Дина. Успокойся, мы ещё раз запросим сделать ДНК — тест. Они что-нибудь напутали. Я тоже не верю в его смерть, Давид никогда так просто не сдался бы. У него всегда есть выход с любой ситуации, и в этот раз с ним всё в порядке. Перестань, тебе нельзя нервничать.

Я не знаю сколько продолжалась моя истерика, но когда я немного успокоилась, заметила что нотариус уже исчез. Артур налил мне воды, пообещал запросить повторную экспертизу и уехал.

Я же оставшийся день провела в постели. Нельзя нервничать, малыш уже устал подвергаться опасности, поэтому я всячески успокаивала себя.

Он жив и он вернется. Он не бросит меня с ребенком. Он просто обязан увидеть сына, а в том что будет сын, я не сомневаюсь.

На следующий день я встала только к обеду. Быстро собралась, пообедала и вышла на улицу с сумкой в руках. Охранник покосился на сумку, но промолчал.

— Виктор, подгоните мне машину, я уезжаю до завтрашнего вечера.

— У нас распоряжение вас не отпускать без охраны никуда.

— А у меня есть право вас уволить. Так что будьте добры, подгоните мне машину.

Конечно же он не хотел потерять работу, поэтому с поникшей головой ушел. Через две минуты подогнал мне машину.

— Госпожа, вы хотя бы скажи куда едите, чтобы в случае чего мы вас нашли.

— Отдыхать. — я молча села и поехала.

Включила музыку на всю громкость и наслаждалась одиночеством. Безусловно, на вилле я тоже была одна, но всё же прислуга и охрана мельтешили перед глазами. Они вроде не со мной, но и в тот же момент присматривают. Я их прекрасно понимаю. Для всех дико, что я теперь хозяйничаю всем тем, чем обладал Давид. Для всех это странно, что мы с ним по сути просто любовники, а он оставил всё мне.

Как рассказал Артур, Давид завязал с незаконным бизнесом и теперь имеет только клуб, рестораны, сеть гостиниц и прочее. Я изучала все те дни его документы и поняла что он далеко не миллионер. Он поднимает намного больше, чем обычный статистический бизнесмен.

Я никогда не сомневалась в его состоянии, в его уме и хитрости. Если быть полностью честным и открытым, то никогда не заработать такое количество денег. В кругах бизнесменов водятся настоящие акулы, которые растерзают тебя, если только нащупают слабое место. Поэтому быть открытым и честным, имея миллиарды, невозможно.

Мой Давид, мой сильный и смелый мужчина. Я знаю, что он жив и где-то меня ждет. В этом человеке столько ума, столько справедливости, силы, выносливости и любви. Его любовь это что-то невероятное. Я желаю каждой женщине найти себе такого человека, чтобы как у меня, от счастья кружилась голова. Как бы сложно мне не было, я не сдамся просто так.

Мама с детства меня учила, что сдаются только слабые люди, и слабые не физически, а духовно. Я с самого первого класса дралась с мальчишками, заступаясь за более слабых. Я получала и от меня получали тоже. Когда подросла, стала иногда приходить домой с синяками. Это было очень редко, но всё же было. Папа всегда хвалил меня за мой стойкий характер, за мою смелость, а мама же наоборот стыдилась моих поступков.