— Ты прав, у меня ещё есть время разобраться во всем. В твоих чувствах, в своих.

— Я же вижу, что не безразличен тебе. Зачем ты сопротивляешься?

— Я боюсь, что эта сказка закончится, и придёт сильнейшее разочарование и боль.

— Я обещаю, что, то, что сейчас между нами происходит, не закончится никогда.

Давид убрал наши бокалы на стол, поднял меня на руки и понес в нашу комнату. Он бережно опустил меня на кровать, снял с себя футболку со штанами и в одних боксерах лег рядом. Его руки стали медленно растегивать пуговицы на моей рубашке, затем он снял с меня штаны и навис сверху.

Он наклонился к моим губам и нежно их поцеловал. Я от удивления замерла. Страстный Давид может быть нежным? Так же нежно он целовал мою шею, ключицы, грудь и живот. Затем он начал спускаться ниже. Его губы еле касались моего лобка. Я вздрогнула, когда он языком задел мой клитор. Язык Давида начал по кругу его облизывать. Грубые пальцы вдруг стали нежно поглаживать мои влажные складки.

Я зарылась руками в его волосы и прижимала ближе его голову. От этих ласк моё тело извивалось как у змеи. Я сгорала от удовольствия. Сколько времени прошло не знаю, потому что мой мозг полностью отключился.

Чувствую, что Давид навис сверху, а его пальцы входят в меня. Давид заглушил мой стон, нежным поцелуем. Я видела, что ему тяжело давалось не сорваться, и не взять меня, как всегда, страстно и грубо. Он покрывает моё тело мягкими, почти невесомыми поцелуями, отчего по телу пробегают мурашки.

Затем так же нежно, Давид входит в меня. Он двигается медленно, смотрит мне в лицо, впитывает каждую мою эмоцию. Постепенно наращивает темп, и от нежности не осталось и следа. Он снова вдалбливается в меня, рычит от удовольствия. Наклоняется к моим губам и уже не целует, а жадно сминает и кусает их. Я же отвечаю взаимностью. Мне его мало, я никогда не смогу насытиться им.

Меня накрывает волна удовольствия и я кончаю, с громким стоном на губах. Давид делает ещё пару мощных толчков и я чувствую, что его тоже накрыло волной удовольствия. Он мешком падает рядом со мной и сквозь шумное дыхание шепчет:

— Прости, любимая, я не мог больше сдерживаться. — я захихикала, так же шумно дыша.

Так мы и уснули. Голые, уставшие, счастливые и… влюблённые.

Утро было потрясающим. Разбудил меня запах кофе. Я открыла глаза и увидела Давида с подносом в руках. Он сидел на кровати и смотрел на меня.

— Доброе утро, любимая. — я потянулась и улыбнулась в ответ.

— Доброе утро. Это что, завтрак в постель?

— Он самый. Я уже позавтракал, пока ты спала.

Я села и Давид поставил поднос мне на ноги. На подносе были круассаны, кофе и цветок. Голубой, маленький цветок.

— Спасибо, мне очень приятно. Не ожидала. — меня подкупали его внимание, забота и старательная нежность.

— Если б у меня была возможность каждый день приносить тебе завтрак, я бы это делал с большим удовольствием.

Круассаны с кофе были наивкуснейшими. Когда поднос опустел, я убрала его на тумбочку и потянулась к Давиду.

— Кажется я влюбилась. — он взял меня за руку и поцеловал тыльную сторону ладони.

— В круассаны или в повара?

— В тебя, Давид.

Он замер и не двигался. Я решила повторить, чтобы он убедился, что не ослышался.

— Я влюбилась в тебя, мой Давид.

ДАВИД

Сижу, смотрю на Дину как истукан. Она только что призналась мне в любви, а вместо того, чтобы радоваться, я тупо смотрю на неё и молчу.

Она смотрит взволнованная моим поведением. Естественно, украл, пытался сделать так, чтобы полюбила, она и полюбила, но вместо радости, я испытываю смешанные чувства.

— Давид, что не так?

— Я счастлив, Дина. Я очень счастлив. — наконец-то я смог улыбнуться и повалили её на кровать.

Дина захихикала, как маленькая девочка, пряча шею от моих поцелуев. Она часто говорила, что моя щетина щекочет ей шею.

Признаться честно, я не узнавал себя сам. Человек, который мог убить любого, даже не думая, теперь радуется, что его полюбила любимая женщина. Как это возможно?

Я наклоняюсь к её уху и шепчу, обжигая дыханием:

— Любимая моя девочка.

Дина вздрагивает и медленно поворачивает ко мне лицо. Я тут же наклоняюсь к её губам и в ответ получаю нежный поцелуй, говорящий о чувствах, которые переполняют нас обоих.

Скидываю одеяло с обнажённой Дины и провожу рукой по её шее и спускаюсь к груди. Обхватываю ладонями её маленькую упругую грудь и сжимаю, отчего Дина выгибается и запрокидывает голову наверх.

Я скидываю с себя одежду и начинаю целовать её грудь. Дина зарывается одной рукой в мои волосы, другой ласкает мои плечи, спину. Я покусываю её соски, затем тут же целую. От этих ласк, из её уст вырываются всхлипы вместе со стонами. Дина жаждет большего, чем поцелуи и ласки, она уже готова принять меня.