Я запретила себе думать о Киллиане МакГрегоре. И у меня получилось. Ну, почти. Большой Бен, мой верный друг на батарейках – ярко-розовый шестидюймовый фонтан радости – неизменно возвращал все мои самые потаенные мысли к одной недосягаемой футбольной звезде.

В августе у меня начались регулярные занятия совместно с двухнедельной практикой под руководством моего тренера. Мои фантазии, а точнее попытка сделать их реальностью, побуждали меня тщательно выполнять все его требования. Но, к сожалению, победа для меня оставалась все такой же призрачной.

В старших классах я была звездой – высоким бегущим гигантом. А, поступив в колледж, задумалась об Олимпийской перспективе. Но я, Ребекка Лесли Кавано, была лишь в середине стаи. И в мире бегунов на длинные дистанции не представляла собой ничего особенного. В тоже время, не многим бегунам удалось достичь успеха до тридцати лет. Тем не менее, к этому времени я решила целиком и полностью посвятить себя будущей карьере. И бегала лишь ради поддержания формы. Не оглядываясь назад.

Давно отказалась от несбыточной мечты и двинулась дальше.

Занятия в колледже давались нелегко, но я даже умудрилась сходить на два свидания вслепую. Их для меня организовала моя лучшая подруга Аманда. Но, к сожалению, с теми мужчинами у меня не нашлось ничего общего. Мы не сошлись во взглядах, и оба раза я была на дюйм или два выше своих партнеров, хотя носила обувь на плоской подошве. Я постоянно склоняла голову при разговоре и горбилась, когда шла рядом. Очевидно, как и на всех моих предыдущих свиданиях, мой рост отпугивал мужчин. Аманда всегда честно предупреждала их, но даже туфли без каблуков ничуть не уменьшали моей высоченной фигуры. И это всегда действовало на парней отрезвляюще.

Признаюсь, к первому свиданию я готовилась очень тщательно. И на подготовку потратила времени намного больше, чем обычно. Немного подводки, чтобы выгодно подчеркнуть свои голубые глаза. Яркие румяна, чтобы придать живости загорелым щекам. Я даже надела свой самый любимый наряд.

Второму парню повезло меньше. Я не стала заморачиваться ни с лишним макияжем, ни с подбором более сексуальной одежды. Ничто из подготовки не имело значения, потому что второе свидание за мои почти тридцать лет также не выдержало моего высокого роста и весьма обычной – далеко не супермодельной – внешности.

Жизнь – отстой. И теперь, ко всему прочему, я сравнивала каждого мужчину с Киллианом МакГрегором.

Я снова сконцентрировалась на учебе.

Многоуровневая, напоминающая стадион аудитория вмещала более двухсот учащихся. Я сидела в мертвой зоне на четвертом ряду и делала заметки, стараясь бодрствовать на протяжении всей лекции. Неожиданно боковая дверь открылась, и какой-то парень подошел к профессору. Доктор Лабович не потрудился выключить микрофон, когда вошедший заговорил.

– Специальная доставка, – слова вмиг разлетелись по всей аудитории.

Парень протянул профессору конверт среднего размера и этим привлек внимание всей группы. Взгляд преподавателя скользнул по студентам и остановился на мне.

– Мисс Кавано, – произнес он прямо в микрофон.

«Черт побери!»

Я медленно встала и с трудом протиснулась за сиденьями моих соседей по ряду. Затем по боковой лестнице спустилась к прервавшему занятие курьеру. Протянув конверт, он вручил его мне. А затем, не теряя ни минуты, развернулся и вышел через дверь, в которую только что вошел.

Брови профессора, выражая немой вопрос, взлетели вверх, а я взглянула на конверт. На лицевой стороне жирным шрифтом было написано всего два слова. «Ребекке Кавано». Я пробормотала извинения и, не поднимая головы, вернулась на свое место. Лекция возобновилась, и я постаралась сосредоточиться. Но мой взгляд то и дело возвращался к моему имени на конверте. У меня больше не возникало проблем с бодрствованием, но теперь я абсолютно ничего не слышала и не смогла сделать ни одной заметки.

После занятий я вышла на улицу. Стояла сорокаградусная жара. И я, словно зомби, поплелась в библиотеку. Моя задница шлепнулась на стул, я выпила полбутылки воды, а потом снова уставилась на конверт. Я почувствовала в груди легкий трепет, и это всколыхнуло во мне тоскливую надежду. По моему убеждению, для меня несбыточную.

«Не будь идиоткой! Киллиан МакГрегор никогда ничего тебе не пришлет!»

Я подняла конверт, сделала глубокий вдох и медленно его открыла.

Вместе с небольшим листком бумаги выскользнули три билета.

Длинноногая,

возьми с собой двух подружек.

К.

Для сердечного приступа я была слишком молода. Хотя, не буду скрывать, такая мысль все же посетила меня. Да, дневная уличная жара разогрела мое тело, но вся кровь вмиг отхлынула от моей головы и отправилась неизвестно куда. Внезапное головокружение захлестнуло меня мощной волной, и я поспешила сделать глоток воды. Но осознав, что это не помогает, повернулась боком и опустила голову между коленей.