– Ненавижу вас обоих.

– Нет, ты нас любишь, – Лайл блеснул своей знаменитой улыбкой, благодаря которой стал обладателем самых горячих секс-игрушек. – Веревки, кожа, наручники?

Я ударилась лбом о стол, а для пущего эффекта еще раз сделала это.

«Я действительно люблю их», – напомнила я себе.

На первом курсе Аманда с Лайлом поддерживали меня после разрыва с Грегом. А на втором – после разрыва со Стивом. Отсутствие парня и секса в последнее время стало вполне терпимым, потому что у меня были они. Друзья, знающие все мои секреты: мои мечты про белый забор, про детишек и про «жили долго и счастливо». Хотя они не хуже меня знали, что такие мечты в нашем мире сбываются крайне редко.

Думаю, я должна рассказать им хоть что-нибудь.

– Киллиан купил мне косметику и шампуни, чтобы я не возила их постоянно с собой: то к нему, то обратно домой.

– А вот это уже извращенство, – глаза Лайла чуть не выкатились из орбит.

В итоге, я почти все рассказала им о выходных. Умолчала лишь о некоторых интимных подробностях. Я ничего не сказала про психолога, так как в интернете не было такой информации. Конечно же, я доверяла своим друзьям. Но в жизни есть вещи, которыми ни в коем случае ни с кем нельзя делиться.

В пятницу утром я проснулась с улыбкой на лице. Пробежав двадцать миль, я вернулась домой и навела порядок в квартире. Отполировала любимые ногти и покрыла их ярко-фиолетовым лаком. Каждый год в мой день рождения Аманда оплачивала мне маникюр и педикюр, а в ее день рождения – платила я.

Каждую среду я получала в среднем двести долларов чаевых. Их я тратила на коммунальные услуги и еду. Оставшиеся деньги попадали в баночку. До моего двадцать первого дня рождения это была баночка для обедов. Теперь же в ней хранились мои сбережения – более двухсот долларов.

Обучение я оплачивала стипендией. А квартиру – специально выплачиваемым пособием. Ежегодный студенческий кредит покрывал все остальные нужды. По городу я ездила на автобусе или же ходила пешком. И, кроме еженедельных вечеринок с Амандой и Лайлом, больше ничего себе не позволяла. В сезон соревнований мои транспортные расходы и питание оплачивались колледжем.

Единственное, на что мне не хватало моего ограниченного бюджета, так это на одежду. В дешевых магазинах купить что-то подходящее на мой рост было практически невозможно. Поэтому приходилось постоянно рыскать по магазинам подержанных товаров в поисках нужного размера. И каждый раз я выходила победителем. Хотя подозреваю, что в мире Киллиана такого рода победы мне не засчитаются.

Парень как-то признался, что ему нравится моя короткая юбка. И сегодня я решила надеть именно ее. К тому же у меня была блузка цвета клюквы, которую я еще ни разу не выгуливала. Я нашла ее однажды на распродаже, когда ходила с Амандой за покупками.

Обычно я расстегивала блузку на одну пуговицу ниже ключицы, но сегодня отважилась не застегнуть сразу две. Я долго рассматривала себя в зеркале. Дрожащими пальцами сняла блузку, затем лифчик. Потом снова надела блузку. Моя фигура позволяла мне обходиться без бюстгальтера, но у меня никогда не хватало на это храбрости.

Глубоко вдохнув, я продолжила собираться.

Киллиан не задал мне ни одного вопроса по поводу моей прически. Если мои волосы были собраны в удобный для меня хвост, то буквально через пять секунд Киллиан снимал заколку. У него был пунктик насчет женской прически – ему нравились распущенные волосы.

Около пяти часов вечера я начала нервно расхаживать по квартире. Я была слишком возбуждена, чтобы усидеть на одном месте.

«А что, если он передумал и не приедет?»

Неожиданный стук в дверь напугал меня, и все же я улыбнулась. Как только я открыла дверь, Киллиан тут же набросился на меня, жадно накрыв мои губы своими. Боже, какими же сладкими на вкус они были! И что за чудесный аромат?!

Когда я обняла его, то не могла больше думать ни о чем другом.

Киллиан обхватил руками мою задницу и крепко прижался к моей жаждущей киске вмиг затвердевшим членом. Он был о-очень рад меня видеть.

Я ожидала секса у входной двери и, когда парень прервал поцелуй, протестующе застонала. Его взгляд оценивающе пробежал по моему телу. Он расстегнул на моей блузке самую верхнюю из застегнутых пуговиц, а затем еще одну. Затем сексуально ухмыльнулся, и на его щеках тут же расцвели мои любимые ямочки.

– Мне нравится так, – не давая мне опомниться, он взял меня за руку, и мы вышли на улицу. – Ты взяла ключи?

Моя рука дернулась к моей почти обнаженной груди.

– Оставь так, детка. Ты взяла ключи?

– Да, но я не могу пойти в таком виде.

– Тогда я расстегну еще одну, и ты все равно пойдешь. Давай скорей, я просто умираю с голоду.

Усадив меня в машину, Киллиан обошел вокруг нее и сел на водительское сиденье. Затем завел двигатель, и мы отъехали от тротуара.

– Киллиан, пожалуйста, мне некомфортно, – от стыда у меня на глаза навернулись слезы.