— Он стоит всего три тысячи? — удивляется Учикоши.

Всего?! Три тысячи золотых у меня были к пятидесятому уровню и я неделю думал на что их потратить. Потратил, кстати, на ресурсы… которые потом перепродал. Дороже, конечно.

Кабан двухместный — это всё же плюс…. Довольно большой плюс в нашей ситуации.

— А в прокат не сдаёте? — вежливо интересуюсь у девушки смотрительницы конюшен.

Та лишь разводит руками.

Обидно. Обидно будет потратить такую кучу денег впустую.

— Ну что ты медлишь? — шепчет Инга. — С жадностью борешься?

Если бы с жадностью.

— А если не понравится — вернуть можно? — не сдаюсь я.

И снова разведенные руки в ответ.

— Бери, — Егор перепрыгивает через ограду и обнимает кабана за морду… вернее — за огромный его пятак. — Если не пролезет в портал, будет здесь. Здесь же нам тоже маунт нужен. Магических кузнецов искать мы пешком будем?

Вот — да. Это довод. Довод который меня убеждает.

— Берём, — перепрыгиваю через забор и начинаю развязывать кожаный ремень, который держит нашего боевого кабана.

Три тысячи золотых в моём сундуке тут же тают, а узел — не развязывается.

— Вы имя забыли придумать, — напоминает мне голубоволосая смотрительница.

Точно!

Забыл! Давно покупал маунтов. Пока не придумаешь имя он не станет твоим.

Смотрю на своих соратников.

— Цезарь, — пожимает плечами Инга.

Так не бывает… так не бывает чтобы вот просто сразу подошёл первый вариант. Никаких споров, никаких сомнений. Лучшее из имён для этого клыкастого чуда закованного в стальные латы.

— Цезарь, — повторяю я смотрительнице.

Как корабль назовёшь так он и поплывёт… надеюсь, наш кабан теперь не подведёт… с таким именем он не должен ударить в грязь лицом… то есть, пятаком.

Инга забирается на кабана и машет брату. Вот это да, а сначала показалось что они ненавидят друг друга. Но нет, Егор запрыгивает на седло за спиной Инги, та что-то шепчет кабану на ухо… и они взлетают… взлетают, кажется вообще забыв о моём существовании.

Топая обратно к нашему порталу пешком размышляю о том, что жизнь круто меняется. Еще день назад самым острым ощущением был ласт босс в новом данже, а теперь — мысль о том, как выжить… а острее этих мыслей ничего на свете не бывает.

Инга управляет маунтом первый раз и поэтому залетает не туда, застревает между двумя башенками и приходится возле портала дожидаться когда эти трое освободятся от неожиданного плена. Когда они всё же подлетают к золотому кругу сердце замирает — вдруг не пропустит…

Но нет, восторженно пискнув, исчезают… и через мгновение нахожу их всех на кухне нашей квартиры.

У кабана что-то с мордой. Глаза мутные. Его даже покачивает… совсем недолго, а потом поросятина валится на бок и срыгивает.

Сначала пугаемся — похоже, система ошиблась пропустив его в наш мир и теперь добивает.

Через несколько минут он приходит в себя, бросает взгляд на стеклянную стену отделяющую кухню от неба и снова отключается.

— Я кажется, поняла, — Инга садится рядом с ним на пол и начинает гладить порося. — Он ошалел от высоты. У себя там он, наверное, никогда так высоко не забирался. Бедняжка.

В ожидании пока Цезарь освоится перекусываем, затем ведём его на террасу на крыше. Он не то чтобы упирается, но плетётся медленно и время от времени, будто нечаянно — бодается.

Отодвигаем одну из стеклянных стен…

— Я не полечу, — Инга вдруг отступает от края. — Слишком высоко… и реально… слишком реально.

Ну да, в игре — высота это просто высота. В самом худшем случае окажешься на респе. В игре, но не здесь. Мне и самому страшновато, но трусить нельзя — плохой пример заразителен.

Забираюсь на мохнатую спину, дёргаю за кожаные ремни, которые привязывают седло к пузу кабана, покачиваюсь проверяя легко ли удерживать равновесие…

Вроде нормально… обидно будет если эта тварюга из семейства свинячих так испугается местного неба, что просто сбросит меня вниз.

Только сейчас замечаю — пожары в центре стихают. Горят отдельные дома, но и только. И почти ничего не осталось целого. Обгорелые обломки зданий, чёрные полосы покрытых золой тротуаров и дорог.

— Они как будто расчищают город для чего-то, — Егор тоже заметил это.

Да, здесь что-то готовится и совсем скоро, думаю, мы увидим что именно.

— Ладно, — машу ручкой согильдийцам, — не поминайте лихом. Если кого обидел — простите, не держите зла. Если кому был должен — наследники вернут.