— Ты с Наряда?

Губы Амары изогнулись, и она слегка улыбнулась, качая головой.

— Технически нет.

В ожидании молчания Мораны, уточнила она.

— Моя мать была старшей экономкой в доме Марони. Я росла с мужчинами, когда они были ещё мальчиками, но никогда не была их семьёй.

— Тебя удочерили ? — любопытством спросила Морана.

Другая женщина покачала головой.

— Нет. Единственным, кого усыновили в семье, был Тристан.

Морана изучала женщину, по какой-то причине у нее в животе было тяжелое чувство.

— Но ты знаешь о Наряде?

Амара посмотрела на нее жесткими глазами.

— Да. Но если ты думаешь, что я раскрою какие-нибудь секреты, ты ошибаешься. Я этого не сделала, когда мне было пятнадцать, и не сделаю сейчас.

Морана приподняла брови.

— Пятнадцать?

Она увидела, как рука женщины сомкнулась на руле, губы на мгновение сжались, прежде чем она вздохнула.

— Меня похитили и взяли в плен, другая мафия. Они пытались заставить меня говорить, и когда я отказалась, они повредили мои голосовые связки.

Сердце Мораны сжалось от боли за женщину, даже когда в нее просочилось своего рода восхищение ее силой. Пятнадцатилетняя молодая девушка столкнулась с ужасами и отказалась поддаться.

Морана знала, чего стоит быть сильной в этом мире, и хотя эта женщина была врагом, Морана могла только зауважать за такую храбрость. Так она и сделала. Молча.

— Данте и Тристан нашли меня через три дня. Данте отвез меня домой, но Тристан остался, чтобы отомстить, — тихо говорила Амара тем голосом, который был полон силы и боли, только гудение машины пронизывало воздух. — Они оба были так рассержены, не только потому, что я принадлежала им, но и потому, что насилие над женщиной — это то, что они оба по- настоящему ненавидят. Они всегда защищали женщин и детей.

Вот почему то, что произошло сегодня вечером, было необычным.

Морана на мгновение впитала всю эту информацию, а затем скептически рассмеялась.

— Ты имеешь в виду, что Тристан Кейн обычно не мудак?

— О, он мудак, — без промедления ответила

Амара. — Но благородный мудак. И то, что случилось сегодня, было далеко не благородным.

Не поэтому ли он ехал за ними? Из-за какого-то нездорового чувства чести?

Когда свиньи будут летать с мягкими розовыми крыльями.

У него был план. У него всегда он был. Она просто не могла понять, какой.

— Я не буду пытаться защищать его или оправдываться за его действия, потому что то, насколько я понимаю, почему он так себя ведет, он тот, кто должен сам рассказать причины своих действий.

Несмотря на то, что женщина отказалась отвечать, Морана начинала любить ее за ее преданность. Она не показала этого.

— Тогда я не понимаю, что ты хочешь мне этим сказать ? — спросила Морана, приподняв брови.

Амара смотрела на нее секунду, прежде чем обернуться.

— Человек, который накачал тебя наркотиками — бармен клуба, он работал на семью почти два десятилетия. После того, как Тристан отправил тебя со мной, он пошел разобраться с этим мужчиной. Обстановка начала накаляться. После, он пришел и отнес тебя к машине, и сказал, чтобы я отвезла тебя домой. Но он всю дорогу следит за нами. Это все, что я смогу тебе сказать. А теперь, из всего этого, сделай

выводы.

Вот в чем проблема. Морана понятия не имела, что с ним делать.

С колотящимся сердцем она выглянула в окно и поняла, что они всего в нескольких милях от особняка. Она не могла вернуться в дом. Не в таком состоянии. Накаченная наркотиками, так как отец мог внезапно потребовать встречи посреди ночи. Что он и делал, потому что она отказалась от охраны. Нет. Она не могла вернуться, не до тех пор, пока не придёт в себя и не проведет время в