Но раз уж папаня оказался трахарем перелётным – пускай живут каждый своей жизнью. Никакого Красноярска матушке, – в поверженной Германии пускай учится, глядишь и срастётся с лейтенантом бравым войск танковых. И мамане хорошо и папаня не пропадёт.

Соответственно, план мой ближайшей корректировки тутошней реальности прост как палка – в историческую дату 10.09.1965. перехватить в районе железнодорожного вокзала Красноярска подлеца Ворожейкина и, сработав под урку, покалечить капитана, ограбив для пущего правдоподобия. С моими умениями в госпиталь на полгода определить сексота – да как два пальца об асфальт…

В вагоне народ подобрался практически весь до Красноярска и Ачинска путь держащий, три десятка комсомольцев из Тверской области едут по комсомольским же путёвкам на строительство ГЭС, отчаянно споря, кто и где будет работать, потрясают центральными газетами, упоминая фамилии знатных бригадиров и нормы выработки передовых бригад и миллионный уложенный кубометр бетона.

Почувствовал себя немного Бендером, которого в Золотом телёнке» также комсомольцы в вагоне достали безудержным оптимизмом и поминанием цифры 1000000 всуе.

Но Остап Ибрагимович к тому времени уже заработал миллион и мог себе позволить белые штаны и угостить студентов чаем с бубликами. Мой же персонаж, бухгалтер с Брянщины Виктор успел за час до отправки поезда закупиться более-менее приличной одеждой, и то, более для дороги подходящей, но никак не для парадных приёмов, уханькав на шмотки почти все финансы.

Осталось 18 рублей на всё про всё, ну да ничего. С нашими-то талантами да возможностями не пропадём! Закинулся на верхнюю полку, познакомился с соседями. Внизу расположился солидный, лет примерно пятидесяти мужчина, Владимир Лукич Гусаров из города Ачинска, снабженец местного СМУ. А остальные четыре места плацкартного «кубрика» заняли будущие гидростроители Слава, Миша, Серёга и Егор. Парням лет по 20–22, в армии отслужили, скучать и спиваться в малых городах и райцентрах Тверской области неохота, собирались в Москву ехать, но тут вакансии нашлись на строительство Красноярской ГЭС.

Романтика, комары, тайга, медведи воруют тушёнку и сгущёнку у дежурного повара. Космонавты в гости приезжают, телевидение!!! Стандартный в общем-то набор запросов юношества того времени, ну и зарплату обещали не сравнимую с тверскими копейками, что также немаловажно, хотя комсорг отряда, Леночка Ермакова, большеглазая девица с третьим скорее чем со вторым номером групп, щебечет на весь вагон о трудовом энтузиазме.

Заметил, как сосед Миша косится на порхающую по проходу вождицу и решил с неё и начать, как наживку использовать мадмуазель Ермакову в наичестнейшей схеме обогащения.

Достал блокнот, купленный в столичном киоске, заточил простые карандаши и после трапезы за пять минут наваял очаровательную Леночку в образе сексапильной проводницы. В лучших традициях пин-апа, как полагается: форменная юбка выше колен, ножки стройные, грудь торчком, губки пухленькие, лицо строгое. Стоит комсомолочка у «нашего» одиннадцатого вагона поезда «Москва-Красноярск» и билеты проверяет. Из пассажиров узнаваем только Миша, пялящийся, аж рот приоткрыл, на грудь девушки, остальные же члены отряда исключительно затылки демонстрируют, хотя по гитаре можно опознать Серёгу, по шевелюре и чемодану Егора…

Картинка получилась на загляденье, я ещё в Поветкино, когда «расписывал» руку под почерк Виктора, попробовал себя в «высоком искусстве», призвав Слияние «включиться по полной программе». И теперь я такой ас карандаша (могу и мастером кисти/красок стать, но зачем?) что лучшие художники-графики нервно курят и проливают водку (и виски) на свои убогие творения. Утрирую, конечно, но не так чтоб и сильно утрирую. Киборг жеж! Глаз – алмаз! Рука – циркуль!

Парни как увидели «картину» руки свои потянули.

– Ша, комсомол, не лапать!

– Вить. Ну дай поближе позырить.

– В окошко женской бани будешь зырить.

– Лен! Ермакова! Иди сюда. Иди, говорю, тут ЧэПэ.

– Славка, ты дурак, какое ЧэПэ?

– Да она иначе не подойдёт.

– Что у вас случилось? Не пьёте?

– Как можно, Ермакова. Вот Виктор решил в нашу дорожную стенгазету дружеский шарж нарисовать.

– Правда? Покажите, Виктор. Ой, что это?

– Это не в стенгазету, Леночка, это вам. В подарок. От меня лично.

– Но это…

– Красивым девушкам – бесплатно. Держите.

Аккуратно вырвал листок из блокнота (так, первый пошёл, ещё 95 листов в наличии) и передал отчаянно покрасневшему комсоргу, неотрывно (пардон за «отрывную» тавтологию) ей в глаза глядючи. Та что-то растеряно пискнула, типа «спасибо» и удалилась в свой шестиместный «плацкартокубрик» откуда вскоре послышались восторженные девчачьи визги.

– Понабегут сейчас, – пророчески изрёк Лукич, – ты, Виктор, где так здорово рисовать выучился? И главное быстро как.