Хотя из прифронтовой полосы население было эвакуировано, в деревнях и селах, которые пощадила война, все внешне оставалось как при их добрых хозяевах. В садах цвели яблони, груши, вишни, а в палисадниках за калитками буйно распускались сирень и черемуха.

В весенний аромат среднерусской природы постепенно стали вплетаться запахи полевых цветов и свежего сена. Пришло лето. Засинели во ржи васильки. У полевых аэродромом мотористы и механики, соревнуясь, кто больше, собирали по просьбе столовских работников полные пилотки сочного щавеля для зеленых щей.

Иногда в утренний час, когда на траве еще блестела изумрудными каплями роса и не слышно было канонады, даже не верилось, что на земле идет война, кровопролитная, беспощадная. И только зоркие фотообъективы, установленные на наших самолетах-разведчиках, все чаще обнаруживали за линией фронта на фоне мирного ландшафта замаскированные танки, орудия большой мощности, бронетранспортеры, колонны машин, тягачей, цистерны с горючим.

Все интенсивнее становилось движение на железных дорогах. К линии фронта с запада шли эшелоны с живой силой и боевой техникой... Фашистам страшно хотелось расквитаться с нами за Сталинград, изменить ход войны в свою пользу. С этой целью они заблаговременно стянули на фронтовые аэродромы под Орел и Курск свою бомбардировочную и истребительную авиацию. С рассвета до темноты в голубом небе надсадно гудели самолеты-разведчики.

...Аэродром Шаталово под Смоленском считался у немцев базовым. Отсюда они предпринимали налеты на нашу столицу и другие города, с этого аэродрома у фашистов действовали не только бомбардировщики, но и истребители. Были все основания полагать, что и в предстоящем сражении шаталовскому аэродрому будет отведена ведущая роль. Это предположение подтверждалось всеми данными нашей разведки. На аэродромы Шаталово и Боровское в последние дни противник завез большое количество горючего и боеприпасов. По ним предстояло нанести внезапные бомбовые удары - такую задачу поставил перед нашей дивизией командующий 1-й воздушной армией.

Вся подготовка и организация боевых действий по аэродромам Шаталово и Боровское были возложены на командира дивизии полковника Смоловика. Ведущими групп в нашем полку он назначил Евграфа Селиванова, Федора Порсина, Анатолия Васильева, Николая Воздвиженского, Федора Захарова, Вячеслава Петрова и меня. Наряду с опытными летчиками участвовать в ответственном полете должна была и молодежь.

Чтобы меньше времени находиться в воздухе и использовать предрассветный час в целях внезапного подхода к объекту, наша группа - летчики, воздушные стрелки, специалисты инженерно-авиационной службы - пере-базировались на аэродром подскока в Новое Село. Отсюда ближе до Шаталово. Да и организовать взаимодействие с истребителями было легче.

Предполагалось, что дивизия нанесет одновременный удар по двум рядом расположенным аэродромам. Для подготовки такого вылета требовалось, конечно, время. Но его как раз и не хватало. В нашем распоряжении оставалась одна ночь, а вернее, полночи. В 3.00 наши штурмовики должны были быть над целью. Нужно торопиться, чтобы упредить фашистов.

...Накануне в просторном сарае собрались все экипажи, которым предстояло участвовать в штурмовке аэродромов. На стене перед нами висела карта с нанесенными маршрутами и необходимыми расчетами. В ожидании командира летчики молча рассматривали ее. Свет керосиновых ламп выхватывал из темноты знакомые лица. Последовала команда:

– Товарищи офицеры!

Вошли командир дивизии, начальник политотдела, начальник штаба и группа офицеров из управления армии.

Отдается короткий рапорт. Нам не терпится, что скажет комдив о выполнении предстоящего задания. Ведь не зря собрали всю дивизию. Вдоль стены проходят еще несколько офицеров. Узнаем командира истребительного полка. Значит, прикрытие будет. Порядок!

– Товарищи! Нашей дивизии поставлена ответственная задача: разгромить фашистскую авиацию на аэродромах Шаталово и Боровское!
– начал полковник Смоловик.

Он подробно изложил очередность взлета групп, сбор экипажей в воздухе, построение боевого порядка, взаимодействие с истребителями прикрытия, профиль полета, маршруты, направления атак и уход от цели.

Закончив постановку задачи, командир дивизии сказал:

– Если нет вопросов, можно идти на отдых. С рассветом - вылет!

Наш полк должен был наносить удар по самолетным стоянкам на аэродроме Шаталово. Командир принял решение действовать двумя группами, выполняя заходы с разных направлений с минутным интервалом. Первую группу возглавлял командир полка майор Карякин. За воздушного стрелка с ним шел замполит нашей эскадрильи капитан М. Пицхелаури. С капитаном Порсиным летел воздушный стрелок Булатов, с Захаровым - Астафьев, с Анисимовым - Илясов, с Вентоменко - Смирнов. Второе звено в группе вел капитан Березин. За стрелка с ним летел тоже очень смелый боевой офицер адъютант эскадрильи Алексей Павлин. Ведущими пар были назначены опытные обстрелянные летчики, имевшие не один десяток боевых вылетов.

Вторую группу возглавлял штурман полка капитан Е. Селиванов с воздушным стрелком Аникиным. Ведомыми летели Васильев с Прирезовым, Дроздов с Дружининым, Воздвиженский с Шепыгиным, Зиновский с Добровым. Замыкающими были я с воздушным стрелком младшим лейтенантом Смирновым и Миша Бабкин с сержантом Петровским. Нам было приказано на маршруте прикрывать группу от атак истребителей и сфотографировать результаты удара по аэродрому.

Сообразуясь с обстановкой, мы должны были выполнить несколько заходов и потом возвращаться на свой аэродром самостоятельно. Нас с Бабкиным прикрывала пара истребителей. Конечно, прикрытие для такого полета не очень сильное, но все же, когда над тобой висят свои истребители, на душе спокойнее. Предполагалось, что на обратном маршруте нас встретит еще четверка "яков".