Гранатометы гулко хлопают, разбрасывая гранаты со слезоточивым газом и завешивая подходы и улицы теплонепроницаемым дымом.

– Один-один, на позиции! – слышу я голос Аристарха.

За ним пошли доклады других командиров пятеров:

– Два-один на месте!

– Три-один готов!

– Четыре-один готов!

Я уже слышу топот сотен ног. Такой у нас план: мы шумим, привлекая зараженных, на подходах огнеметчики и их сопровождение уже заняли позиции и готовы прикрыть фланги стеной огня. А тем временем спецназ тихо и незаметно пробирается к цели и начинает выводить выживших через внутренние помещения магазинов и офисов на первых этажах…

– Девять-один готов! – это Варданов, парень, в котором я сильно ошибся и очень этой ошибке рад…

– Десять-один на позиции! – бодро звучит в наушнике звонкий голос Арлин.

Я не рад, что она здесь: лучше бы она осталась дома, в безопасности, но увы. Арлин сделала свой выбор, это ее право. С другой стороны, меня радует, что в ее голосе почти не слышно страха: нельзя не бояться, впервые идя в бой, да еще и против настолько жуткого противника, но Арлин держит свой страх в кулаке. Да, между нами больше ничего нет, но то, что однажды такая замечательная девушка остановила свой выбор на мне, очень сильно греет мое самолюбие.

А еще я безумно горжусь тем, что пришел в этот проклятый создательницей город с пятьюдесятью соратниками, которых мне так и не удалось сломать. Я горжусь тем, что приложил к этому все силы – и счастлив, что проиграл. Бывают на свете такие поражения, которые приятней любой победы.

Ну что, господа эфириалы, приступим?!

Вы зря приперлись в наш мир, и скоро мы вам это популярно разъясним. Нет тут места для вас, уж не взыщите, нежить приблудная.

Да, нас впереди ждет долгая, жестокая и изматывающая война, но сила за нами, ведь у нас есть то, чего нет у вас.

И мы отстоим наш мир.

Мужеством, отвагой и самопожертвованием.

Личной доблестью и общими усилиями.

Интеллектом, сообразительностью и находчивостью.

Сердцем и разумом.

И, конечно же, свинцом и фосфором!