– Мне же нужна хна, – возразила Рина и умолкла. Точно нужна?.. – Ну, и он тоже тебя спас.

– Или перед тобой выпендривается, – возразил Бродяга, сливаясь с карнизом.

– Зачем бы это ему, – недоверчиво протянула Рина; Зеленый уже исчез с крыши, и толпа поредела, переместившись куда-то по улицам.

– Ой, мужчины тоже все одинаковые, – муркнул кошак. – Ты меня спрячешь или как? Давай, надевай рубашку и я поеду за пазухой, – скомандовал он находчиво. – Зеленый умный, поймет, что мы у внедорожника.

Рине хотелось возразить, как-то помочь рыжему герою, но… кот был прав. Спасать грозного Пьерито – дело сомнительное и опасное, а надежнее всего двинуть к временной базе.

Эврика! Рина остановилась возле машины, утомительно долго пытаясь нащупать ключи в бездонном кармане сумки. Итальянской. Секондхендный трофей случайно вернулся на родину.

– Бродяга, вот в чем дело! – окликнула она кота, свернувшегося калачиком под рубашкой. – Тогда, на перроне он был рыжим. Он боялся, что я скажу об этом! Что он ехал в поезде! Что он был в моем мире!

Догадка отрезвила. Теперь глупую сентиментальность наконец развеяло. Простой расчет. Он решил произвести впечатление, чтобы манипулировать ею.

Ну, конечно. Сначала он ее бросил, ибо она не знала, кто он. А Джина назвала его имя, раскрыла его личность, пусть и всего чуть-чуть, и теперь Рина предоставляет для него опасность…

Девушка схватилась за горло.

– Бежать от него надо, – резюмировал Бродяга, спрыгивая на землю.

Рина подставила лицо морскому бризу.

– Или использовать, – неожиданно для самой себя заключила она.

– В смысле? – даже умный кошак не понял. Значит, есть надежда.

– У меня есть против него туз в рукаве. Если притворюсь, что ничего не понимаю и влюбляюсь по-дурацки, могу попробовать выторговать у него хну и доставку до Академии. А дальше…

– А дальше – безопаснее будет его заложить, – безжалостно сказал Бродяга.

– Как ты можешь, – с укором отвечала Рина. – Он тебе сегодня жизнь спас.

– Ты первая это сделала, и завел я тебя, – возразил кот, выгибая спину и зевая. – Значит, и защищать буду своего питомца в случае конфликта интересов, понятно?

Девушка открыла дверь внедорожника. На заднем сиденье она оставила полнейший беспорядок. Кошак милый, но бестактный донельзя.

– А дальше – напишу Владу и все ему расскажу. Так будет, по крайней мере, честно. Советую тебе ездить в сумке, – помахала Рина коту гобеленовым саквояжем.

– Да уж, наверное, так лучше. Ты уверена, что сыграешь роль?

– А ты уверен, что он сюда придет? – ответила Рина вопросом на вопрос. Она подошла к обрыву и села, свесив ноги вниз. Чудно мотаются в воздухе.

– Все равно у нас нет другого выхода, кроме как его ждать, – сообщил кошак, подлезая под бок «питомицы».

– Погоди, – вдруг забралась Рина обратно и подбежала к багажнику. – Хоть попоем давай, время надо ведь коротать.

Петь на дивном итальянском зимнем солнце, над приморским обрывом, в компании родственной кошачьей души и неродственных шныряющих чаек, делающих вид, что слетелись на «ангельский» голосок певуньи – невероятное занятие. Рине показалось, что она взмыла высоко в небо, все по-прежнему не имеет смысла вокруг, но уже как-то и значение свое потеряло. Трещина, расшатанный гриф, и порванная струна – мелочи. Так же как и мелочи – сомнительное знакомство с сеньором Пьерито, травля рыжеволосых и поступление в Академию.

– Бродяга, как думаешь, чему в этой дивной Академии учат? – спросила наконец Рина, заканчивая ор старой доброй «Однажды мир прогнется под нас». – Можно ее экстерном как-нибудь закончить?

– Уму-разуму учат, – откликнулся Бродяга с капота внедорожника. Оказывается, этот хитрец давно ретировался подальше от лишних децибел. Рина нахмурилась. Рядом с ним вальяжно облокачивался о багажник Зеленый. В рубашке, но без банданы. Снова притягучий контраст.

Кошак. Мог бы и предупредить.

– Присоединишься, рок-звезда? – спросил Зеленый издевательски, кивая на капот. Там были разложены и хлеб, и помидоры, и даже паста в мисочке… Где он взял все это, еще и удирая от сумасшедшей толпы? У Рины слюнки потекли. Она отложила гитару на грунт и подтянулась с обрыва.

– Могли сразу сказать, – пожурила она обоих.

– Ну, прерывать… – замялся Бродяга.

– …было как – то неловко, – закончил Зеленый.

– Стоп! – вскинулась Рина, тыкая в обоих пальцами. – Вы сейчас… это… что…