– Ну, хорошо, хорошо, и что у вас с ней? Она же так и будет слепой пожизненно, она тебе даже не скажет какого цвета у тебя глаза.

– Ты немного ошибаешься, все когда-нибудь найдут то, чего им хочется.

– Как знать, как знать. И ещё тут есть кое-что, пропал один парень, говорят, его с воскресенья родители не видели дома. Может он сбежал?

– Сбежал?

– Ага, может быть. Говорят, он давно сам не свой был, как будто его подменили. А тут ещё и ты в школу не пришёл. Я чуть в панику не впал.

– Понятно…

Вскоре все уроки кончились, и Костя поспешил в больницу к Ангелине. Он пришёл в больницу и сразу направился к ней. Ангелина была рада его встрече. Костя заметил, что у неё лежали несколько детских книжек с картинками.

– Привет, как ты?

– Привет, всё хорошо, вот приходится учиться читать. Медсестра мне помогает, вот и дала книжки. Пока я читаю не очень, но думаю, что скоро буду читать так же хорошо, как и все школьники.

– А что насчёт школы? Хочешь учиться вместе со мной?

– Да, конечно, я хочу быть как все, ходить в школу с тобой и получать знания. Но мне ещё много нужно знать, чтобы пойти в школу, например, чтение и немного математики.

Костя заметил у неё на тумбочке те документы, которые он принёс. Конечно, он нахватал много лишнего, когда спешил, но главное, что там есть нужные документы об её личности. В документах он заметил лист с название об удочерении. Он взял лист и почитал его. Оказалось, что это был документ об опекунстве Ангелины, под опекуном подписана некая Анастасия. Ещё раз взглянув на фотографию, что он взял с собой, Костя, почувствовал не ладное и положил документ обратно к остальным. Вскоре через несколько часов к ним в палату вошёл полицейский участковый и мачеха Ангелины.

– Ангелина, доченька, – мягко говорила мачеха, – как ты сюда попала? Что с тобой случилось?

Участковый посмотрел на Костю и сказал:

– Ты кем ей являешься?

– Я, ей… друг…

– Что ты здесь делаешь?

– Я решил навестить её, не то, что её мачеха.

Ангелина немного удивлённо сказала:

– Но, это не моя мачеха!

– Как это? – нервно спросила мачеха.

– Да, она вас не узнаёт! – подтвердил Костя.

Участковый с подозрением посмотрел на женщину, но в оправдание она сказала:

– Что вы, не верьте ему, он вообще проник в мой дом и напал на одну мою дочку, а Ангелина слепая, вот и не признала меня.

– Нет! Я вас прекрасно вижу! Вы в синем платьице, а на ваших ногах чёрные сапоги. Не лгите мне и другим. Я вас не знаю.

– Что? Этого не может быть. Ты всё видишь?

– Да! – угрожающе сказала Ангелина.

– Вы её растили, выдавали себя за её мачеху, забирали всё её внимание. У вас рождаются плохие дети, поэтому вы претворились её мачехой. Ведь так?

– Что он говорит? – спросил участковый.

– Он видимо бредит! Я её единственная мачеха и у неё больше нет родных, братьев и сестёр.

– Хотите сказать, что вы единственная опекающая? – обвиняюще, спросил Костя.

Костя взял документ и показал участковому. Он взглянул и убедился в этом.

– Да! – вскликнула она.

– Ангелина, скажи кто на этой фотографии? – спросил Костя, дав ей фотографию, что он нашёл у неё в комнате.

– Этой мой папа, и его новая жена, то есть моя мачеха, – не спеша ответила Ангелина.

Участковый внимательно во всё всматривался и выслушивал.

– Видите. Ангелина вас не признала. Вы не её мачеха, вы совсем чужой для неё человек…

Женщина замерла и с ужасов на лице сказала:

– Не правда… – затем медленно посмотрела на Ангелину. – Мне то ты веришь? Я ведь тебя растила…

– И не пытайтесь. Вы больше не её мачеха, – вскликнул Костя.

Женщина рассерженно:

– Да как ты можешь такое говорить, – крикнула она на Костю, а затем повернулась к Ангелине, – Ангелиночка, ты же ведь не согласна с этим?

– Всё что угодно, но жить с незнакомой мне женщиной, никогда! – сказала Ангелина, отвернув от неё свой взгляд.

Вдруг у женщины начали исхудать и желтеть руки. Её подкашивали ноги, и она упала на колени.

– Нет, прошу, не отвергай меня. Я же ведь заботилась о тебе и желала добра…

– Вы даже меня врачам не показали, какая речь может быть о заботе…

Женщине становилось всё хуже и хуже. Её лицо начало истощаться и с неё стала облезать кожа. Зубы начали желтеть и выпадать, а с её рта доносились звуки: «Люби-и-и-и меня-а-а…». Вскоре она истощилась до такой степени, что рассыпалась как песок, оставив от себя лишь одежду с горстью мелких песчинок пыли.