Ту же стену, которая не давала мне развалиться на части всякий раз, когда я думала об Анни и Аароне.

Странно, но Джесси, похоже, без проблем делился своей скорбью с Рорком. Последние пару недель эти двое проводили каждый час дня вместе, тихо переговариваясь, охотясь в поисках еды или просто деля молчание.

Что еще страннее, Рорк прикасался к нему. Много. Ладонь на плече, толчок по колену, даже объятие время от времени. Так странно было наблюдать за этим. Я чувствовала себя так, будто стою за пределами какого-то братского круга, незваная и прогоняемая тем, как Джесси с отвращением кривил губы всякий раз, когда смотрел на меня.

Как священник, Рорк имел подготовку хорошего психолога. Если Джесси нуждался в верующем друге, который мог предложить надежду, молитву и крылья, то это была не я.

Но я хотела такие крылья, такую силу, которую можно обрести в слепой вере, что есть нечто большее, помимо этого знойного бездушного ада. Я хотела иметь такую веру, чтобы я могла быть для Джесси такой поддержкой, какой для него стал Рорк.

Вместо этого самое лучшее, что я могла предложить — это отвлечение.

Я оттянула стрелу назад, приняв ключевую позу, и приложила верхний палец к уголку рта. Посмотрев вдоль древка стрелы, я прицелилась в центр ствола дерева, выпустила стрелу и замерла в той же позе

Стрела пролетела мимо мишени и усвистела в лес. Что ж, дерьмово.

Джесси зашагал прочь, пиная воду ручья, опустив голову и дергая себя за волосы.

— Да что с тобой не так, бл*дь?

Я опустила лук и выпрямила позвоночник.

— Прошу прощения?

Он резко развернулся, и его глаза полыхнули, агрессивно и сердито.

— Ты не можешь попасть в цель даже с трех метров. В неподвижную цель. Ты — пустая трата времени, черт подери!

У меня перехватило дыхание. Он не сказал, что эта затея — пустая трата времени. Он сказал «я». Я — пустая трата времени.

Ши прижала лук к груди и сделала несколько шагов вверх по течению. Ее лицо побледнело от шока.

Я чувствовала нечто более ядовитое, чем шок. Я ринулась вперед, сердце заколотилось по ребрам, а жар на щеках полыхнул адским огнем.

— Иди ты на х*й вместе со своей высокомерной бл*дской рожей! — я протянула ему лук. Когда Джесси отказался взять его, я шарахнула его луком по груди. — Может, это с оружием что-то не так. Об этом ты подумал? А может, оно, бл*дь, проклято.

Я пожалела об этом сразу же, как только сказала. Луки, которые он дал мне и Ши, принадлежали Лакота. Древесина ясеня слегка обтерлась от их аккуратных рук, стрелы были изготовлены с умением и любовью.

Эти самые луки мы забрали из их мертвых пальцев. Эти самые стрелы не спасли их жизни.

Джесси выдернул лук из моей руки и повесил себе за спину.

— Нет такой вещи, как неточный лук. Неточен тот, кто стреляет, — его тон испепелял злостью. — Это ты ущербна.

Плеск воды сообщил о приближении Рорка, и в следующее мгновение он встал возле меня, крепко сжав плечо Джесси. Предостерегающей хваткой.

— Отличная работа, — эти два слова Рорк произносил тогда, когда не имел этого в виду. Его пальцы сжались, отодвигая Джесси назад. — Еще раз заговоришь с ней в таком тоне, и я разобью тебе рожу, а потом отметелю так, что в глаза троиться будет и обделаешься в штаны. Понял?

Джесси вырвался из хватки Рорка, глядя на меня сердитыми красными глазами.

Это никак не связано с моими навыками владения луком, зато очень даже связано с гибелью наших друзей. Джесси не обвинял меня словами, но я видела осуждение, которое залегло тенями в его глазах и проложило сердитые морщины на его лицо.

Но я предпочту, чтобы он винил меня, а не Мичио. Если Мичио привел Дрона к лагерю Лакота…

Я захлопнула дверь перед этой мыслью. Мы не могли определить время смерти Лакота, учитывая мумифицированное состояние их тел, но если Дарвин убежал из гор из-за Дрона, то время его пути до заповедника не совпадало с временем ухода Мичио.

Джесси достаточно умен, чтобы сообразить это, поэтому моя телепатическая связь с Дроном становилась самым очевидным поводом для обвинения.

Когда Джесси зашагал вниз по течению, я могла лишь смотреть ему вслед, пока мой пульс грохотал в горле. Как нам преодолеть это? Что я могла сделать или сказать, чтобы вернуть наши отношения к прежнему этапу?

Уходить — это не ответ. Я достала нож из ножен на предплечье, прицелилась в ветку дерева, под которую он вот-вот собирался пригнуться, и метнула его с тем же онемением, за которым я пряталась две долгие недели.

Нож вонзился с глухим ударом, в считанных дюймах над его головой.

Джесси остановился, взглянул на вонзившийся нож и повернул шею. Его гневный взгляд нашел меня, сосредоточился на моей груди и оторвал кусок от моего сердца.

Я сглотнула невыносимую боль и приподняла подбородок.

— Как тебе такая неточность? Может, надо было целиться на несколько дюймов ниже?

Его брови опустились над покрасневшими глазами. Затем он отвернулся и продолжил идти вниз по течению.

— Ублюдок, — я ненавидела смотреть на его удаляющийся силуэт. Ненавидела.