– Всё, - хриплю. – Всё. Я сама по себе, а он сам.

– Алиса, - Леся приглаживает мои волосы. Мне нравятся ее руки. Они у нее нежные, почти что материнские.

– Сама ушла от него, - продолжаю свой отрывистый рассказ.

– Может, это и к лучшему?

Да как же к лучшему, если я загибаюсь от боли, которую нельзя вырывать с корнем, чтобы она не распирала мне грудную клетку?

– Мне больно, плохо, - давлюсь слезами и забираюсь на диван с ногами.

– Скажи, чем тебе помочь? Я помогу, - Леська утирает свои слезы.

– Просто побудь рядом, - я устроила голову на ее коленках.

– Хорошо-хорошо. Алисочка, я тебя люблю, и Петька тебя любит. Мы ведь почти семья. Ты никогда не будешь одна. Мы рядышком с тобой, - Леся никогда не стеснялась говорить что-то подобное. Это я какая-то ненормальная. Не могу выражать свою любовь. Сама себе делаю больно. Не могу без Вадима, но при этом сама же и ухожу от него. Идиотка!

– Лиска, хочешь я ему морду набью? – со всей серьезностью как-то днем спросил меня Петька.

– Угомонись, - невесело улыбаюсь.

– Не ну а что? Пусть получит за то, что мудак. Набью его тыкву, и свалим к чертям собачьим.

– Нас из-под земли достанут и уж точно по голове за это не погладят. Нормально всё со мной. Работаем, живем и не рыпаемся пока что. Или ты опять под открытым небом жить хочешь?

– Не хочу, но и такой расклад меня не устраивает.

– Алис, Петя прав, - осторожно заявила Леся.

– Мои проблемы не должны распространяться на вас.

– Если ты забыла, то в это дерьмо мы попали по моей тупости, - Петя многозначительно смотрит на меня.

– Это совсем другое. На данный момент выхода у нас нет. Надо работать. А там уже посмотрим, - я откашлялась и шмыгнула носом. Что-то расклеилась за несколько дней. Где-то простуду подцепила.

– Мне на работу уматывать уже надо, - Петя доел обед, который я приготовила, и вымыл руки. – Может, что-нибудь купить тебе?

– Нет, спасибо. Ничего не надо.

– Тогда я погнал, - друг обнял меня, потом Леську и ушел.

– Давай лучше уйдем, а? Как-то же мы жили до всего этого. А сейчас к тому же весна пришла. Тепло и все дела, - Леся с сочувствием посмотрела на меня.

– Мы остаемся. И не смотри так, нормально всё со мной, - злюсь, не люблю выглядеть в чужих глазах слабачкой.

– Как скажешь, - подруга хотела выйти из кухни, но на секунду задержалась, - с днем рождения.

– Спасибо.

Свой день рождения я провела дома. Так получилось, что у меня выпал выходной. Никаких подарков, пьянок и музыки. Я запретила друзьям устраивать всё это. Хотелось просто тишины, к тому же, я заболела, и голова раскалывалась на кусочки.

Укутавшись в колючий плед, я провалялась весь день в кровати. Сил хватило только на то, чтобы приготовить обед. Я терпела боль, пульсирующую во всем моем теле. Приняла решение, поэтому нужно иметь мужество придерживаться его. Это трудно, до невозможности, до стиснутых зубов и злых слез в уголках глаз.

Всё нормально. Пройдет. Перетерплю и забуду. Поработаю в «Корвине» еще какое-то время, а потом, может, действительно соберемся и уедем. Но сейчас никак нельзя, нужны деньги и кров над головой, как бы унизительно всё это не выглядело со стороны.

Главное то, что Воронов не мелькает у меня перед глазами. Так проще. Совсем чуть-чуть, но проще. Ненавижу ждать, но понимаю, что здесь всё за секунду не изменится. Дернул же меня черт вообще связаться с Вадимом. Сука! Даже его имя заставляет меня биться в немой истерике. Сама виновата. Надо было не выбрасывать из головы тот факт, что я связалась с бандитом и такая «профессия» не предполагает наличие нормальной жизни. А что вообще такое, эта «нормальная жизнь»? Понятия не имею. Это, наверное, когда есть семья, любовь, деньги, здоровье и прочие плюшки. Из всего этого списка у меня есть только семья и то названная. А всё остальное – слишком дорого. Урок усвоен. Спасибо.

Дни потянулись до невозможности медленно. Наверное, это связано с простудой, которая нормально так подкосила меня. Дали пару отгулов. Тем лучше, не нужно лишний раз появляться в «Корвине». Вообще могли бы уже давно выгнать, но я знаю, почти уверена, что Воронов отдал приказ не делать этого. Заботится, мать его.

Проходит еще несколько дней, перед тем, как я уже могу нормально передвигаться по квартире, а температура вроде бы как спала до нормальной отметки. Леся и Петя уже на работе. Оставили на кухне для меня завтрак. Это приятно – ощущать заботу близких. Вообще, если бы не они, я уже давно поехала крышей. Просто понимаю, что у меня есть люди, которые важны мне и которым важна я. Только это и помогало не захлебнуться в собственных переживаниях.

Аппетита всё еще не было, но я насильно заставляла себя поесть. В желудке уже давно ничего кроме чая и таблеток не было. Но не успела я даже ложку окунуть в тарелку с супом, как кто-то настойчиво позвонил в дверь.

Первая и самая болезненная мысль пронеслась у меня в голове – он пришел. Хотелось себе за это врезать. Перестань думать, что Вадим начнет за тобой бегать! Хватит кормить себя этим дерьмом! Не тот он человек!

Поднявшись со стула, я вышла в коридор. Не мучая себе дебильными догадками, быстро открыла дверь. На пороге стояла Ирина. Симпатичный белый сарафан с тонким зеленым пояском очень подходил ей. Как всегда, идеальная, красивая и уверенная в себе. Только такие люди и должны присутствовать в жизни Воронова. Я же в эту шайку ну ни по одному параметру не подхожу.