— Чисто, — голос Наставника по философии звучал уверенно и ровно. Он проверил меня с ног до головы — артефакт среагировал только на браслеты Арритидесов, вспыхнув красным, но это оговорено в условиях. Кроме родового кольца, змеек и печатей у меня не было больше ничего.

Троица прошла проверку первой — двое выбрали такое же кольцо, как вчера Зиккерт, все-таки выступление в начале года произвело просто неизгладимое впечатление. А Бартуш удивил — он выбрал дополнительный защитный купол. Защитный, а не атакующий. Пятый против третьего круга. С сомнением в его адекватности на него посмотрел проверяющий Наставник, но не возразил — всё в рамках условий.

Трибуны были почти полны. Школьный полигон был значительно меньше обычного, но и классов у нас всего три. Я вглядывалась в лица — дети, одни дети, можно сказать, весь цвет Предела, и это не будет преувеличением.

Если бы я хотела похоронить Север, дестабилизировать, я бы била сюда. В Школу. Один центральный Прорыв, несколько локальных по периметру, пробить защиту, поставить глушилку, чтобы нейтрализовать пару десятков учителей и охрану. Создать панику, а потом просто передавить всех по-одному, как беспомощных котят.

Я прикинула размер полигона — чуть больше Центральной площади. Единственное, над чем стоило подумать, это как выиграть время, чтобы помощь пришла тогда, когда всё будет уже кончено.

— Прошу, — следующий из Наставников жестом пригласил меня к себе. Стандартная проверка ментальным артефактом. Поединки происходят часто, и далеко не на всех присутствуют менталисты — только в исключительных случаях.

— Чисто, — Наставник кивнул Каро. Я хмыкнула — дознаватели перестраховались, Каро сегодня был очень сосредоточен, по пять мгновений тратя на каждого участника, видимо, боятся вчерашнего. Проверка затягивалась и трибуны начали недовольно шуметь — когда уже начнется обещанное представление. И, конечно, это тоже не добавляло особой любви публики к менталистам.

Кровь проверяли целители — как и ожидалось, всё чисто. Только на моей диаграмме, увидев количество составляющих эликсиров в крови у проверяющего немного дрогнули брови. Но запрещенных среди них не было — только лечебные зелья.

Учителей на полигон согнали всех, и даже Старший Наставник школы присутствовал на трибуне в качестве распорядителя. Они рассредоточились по периметру через равные промежутки, и это не считая стандартной школьной охраны и того, что по идее, наш защитный купол был одним из самых лучших в городе. Пара школьных целителей в стандартной форме, двое из Госпиталя и… мистрис Айрель на верхнем ярусе.

Это — хорошо. Вчера Хейли испортили мне всё, сегодня не должно быть ни единой ошибки.

Старший Наставник прокашлялся, взмахнул рукавами ханьфу, требуя тишины, и выплел чары усиления звука.

— Господа, сегодня в третий день, второй декады… проводится школьная дуэль… пусть это будет примером… все вопросы можно решить не доводя до поединка… мы учим вас честности и непредвзятости…

Вещал он долго. Марша тихонько позевывала, тщательно маскируя это покашливанием.

— Боги, если бы я знала, что это будет так нудно, я бы отказалась, Блау, видит Мара…

— Воспитательный момент, — шепнула я тихо. — Сомневаюсь, что кто-то разрешил бы, если б эти идиоты не трепали про менталистов всуе… сейчас он должен сказать, как мы гордимся историей нашей школы…

— … мы гордимся историей нашей Северной школы, которая ведет отчет от самых Смутных времен…

— И про добровольные пожертвования…, — хмыкнула Марша. Текст все присутствующие знали почти дословно — Старший Наставник не изобретал ничего нового, ярким ораторским талантом не обладал и просто дублировал куски из текста речей на начало и конец учебного года.

— … мы приветствуем и поощряем добровольные пожертвования, которые позволяют расширять библиотеку, приглашать лучших Наставников…

— Когда он уже заткнется…, — простонала она сквозь зубы.

— Сейчас он скажет, что «Сам-Фейу-Великолепный», элементальщик девятого круга, боевой маг, награжденный орденом двойной звезды, герой битвы при Тиге, учился у нас… и начнем, — съязвила я.

— … герой, боевой маг девятого круга, почетный хранитель ордена огня двойной звезды, герой битв при Тиге, первой мирийской кампании, сиятельный сир Фейу тоже учился в стенах нашей Школы, сидел на этих трибунах, входил в эти двери…, — голос Наставника взмыл в небеса и задрожал почти в экстазе.

— Внемлите же, о недостойнейшие, — шептала Марша.

— … гордитесь тем, что…

— Склоните головы и почувствуйте благоговение, — продолжала она.

— … стремитесь достичь таких же высот в постижении Высоких искусств…

— Это неуважение к сиятельному предку, — шепнула я Фейу. Марша ужасно злилась, каждый раз, когда речь заходила об этом, потому что вольно или не вольно, Старший Наставник привлекал внимание именно к ней, как к носительнице имени Рода. Марша злилась, а мне нравилось её подначивать. — Ты стремишься достичь таких же высот?