Слухи, если потянуть за правильную ниточку, могут многое рассказать. А если уметь анализировать, то…

Трущобы пугали. И поражали. Становилось ясно, почему даже capo предпочитали подчиниться правилам, а не пользоваться властью: это место могло как уничтожить, так и поднять на самую вершину. А еще оно любило рисковых.

Сухи донесли об одном очень интересном обычае: раз в несколько месяцев большая компания объявляла набор курьеров. В конкурсе мог принять участие любой мужчина от семнадцати до тридцати лет. Собеседования не было. Его заменяло состязание.

Почти все сбережения ушли на новые документы. А я стала мужчиной.

И как же благодарила Ларса и остальных! Вспоминала их манеру речи, движения, привычки. Пару недель выходила из дома только на пробежки, а остальное время проводила перед зеркалом, сживаясь с новой маской. И когда поняла, что время пришло, подала заявку.

На проверку личности потребовалось три дня. Я думала, с ума сойду от радости, когда получила подтверждение на участие. И этого момента моя жизнь превратилась в череду изнурительных тренировок. Я пила и ела только потому, что для них нужны были силы, а спала тогда, когда усталость сбивала с ног.

Но за сутки до соревнований взяла тайм-аут. Позволила себе не белковую кашу с вкусовыми добавками, в кусок настоящей говядины и весь день лежала на кровати, то проваливаясь в сон, то пялясь в потолок.

Это было нелегко, но самым сложным оказалось запретить себе мечтать и строить планы: сейчас все мысли должны были направлены на предстоящее испытание. Мне нужна была эта работа и иного выхода, кроме как победить, не оставалось.

Желающих устроиться в компанию «КиО» оказалось немало. Я получила браслет и на экране загорелся номер: сто пятьдесят семь. Но на старт вышли не более двух десятков.

— Впервые здесь? — парень рядом старательно разминался. Я последовала его примеру.

— Да. А почему нас так мало?

— Старт раздельный. Из разных точек города. Смотри на экран, сейчас начнется.

Огромное табло замерцало, выдавая трехмерную проекцию улиц. Между домами зеленой лентой вился маршрут с красными точками контроля.

— Вы должны отметиться на каждой! Тот, кто этого не сделает, считается выбывшим из соревнований.

— Срезать нельзя?

— Можно! Главное — вовремя оказаться в нужной контрольной точке. Последние трое отметившихся снимаются с соревнований.

Так, значит, чем меньше правил тем… сложнее? Разрешение срезать путь ведь не на пустом месте возникло. И это дополнение о снятии участников на каждом контроле…

Я закрыла глаза. Кровь стучала в висках, а сердце билось быстро-быстро. Кажется, еще дрожали колени, но было не до них: я настраивалась на победу, слишком уж высока цена проигрыша.

— Я получу эту работу! — мое бормотание заглушил стартовый сигнал. Вместе со всеми я сорвалась с места и помчалась.

Но вот куда?

Под ногами словно возникла зеленая линия. Она бежала между домами, втягивалась в подворотни и арки, перепрыгивала лестницы… И все послушно мчались туда, куда она вела.

Постепенно бегунов становилось меньше. На отставших я внимания не обращала, а вот другие… Они просто сходили с пути, сворачивали, чтобы продолжить движение по собственному маршруту.

Стало ясно, что если придерживаться заданного направления, выиграть не получиться. Нужно срезать.

Несильно, потому что короткая дорога неизвестна: хорошенько обследовать Трущобы я не успела, на пути мог вырасти как бетонный забор, так и широкий провал, наполненный кипятком. А значит…

Зачем спускаться по ступенькам, когда можно перелететь пролет? Обходить бордюр, когда быстрее — перепрыгнуть? Препятствия оставались позади, я уже не видела соперников, зато впереди замаячила красная точка контрольного пункта. Промчаться мимо, услышав пиканье, замедлиться ровно настолько, чтобы увидеть

— не последняя… и торопиться дальше.

Заставленный машинами двор пересекла по балконам — так оказалось быстрее, чем петлять по земле. А вот через стройку бежать не решилась — не всегда прямой путь — самый быстрый.

Ох, сколько раз я благодарила ребят за наши гонки по запретке. Тело и мозг вспоминали и действовали слаженно, позволяя не отставать.

Второй пункт я снова пересекла не последней. Несколько номеров горели багровым

— сошли с дистанции. Конкуренция уменьшилась, но сделалась жестче.