— Куда это вы собрались? — подозрительно прищурившись, спросил у него Арий, а когда, не дождавшись ответа от кронпринца, обернулся к сестре, то заметил на ее мордашке точно такое же упрямое выражение. — Рис? Что вы задумали?

— Ничего, — девушка поднялась с дивана, на котором сидела, чинно расправила юбки и с гордостью королевы приблизилась к Лерсу. — Путешествие у нас. Предсвадебное.

— Так, невеста, — Арий не собирался спускать сестре подобное поведение. — А ну-ка, сходи, чай нам всем сделай, что ли. А мы тут пока пообщаемся.

Когда дверь за спиной Эльмарис закрылась, оборотень обернулся к Лерсу.

— Только давай без нравоучений, — вскинул вверх руки кронпринц. — Я все понимаю и да, свою сестру — если бы она у меня была — сам бы в жизни никуда не отпустил, но… — он закатал рукав и продемонстрировал Арию собственное запястье, покрытое золотистым рунным узором. — Вот это — гарантия того, что мы с ней — одно целое. Я понятия не имею, как эта магия действует и действует ли вообще. Но одно знаю точно — мы оба хотим… свободы.

— Свободы от чего?

— Не знаю, но мне нужно это почувствовать, а Эльмарис… она… она же ничего в жизни не видела.

Арий сглотнул и опустил голову. Он мог бы сейчас накричать на них, разозлиться и даже не пустить, но… он знал, что удержать все равно не сможет. А потому, все что ему оставалось…

— Береги ее, — прошептал он, поднимая голову и заглядывая прямо в глаза Лерсу. — Береги, потому что, если с ней что-нибудь случится, если ты обидишь ее или разобьешь ей сердце… тебя не спасет ни твой титул, ни папочка-император, ни вся твоя магия. Помни об этом. Я приду за тобой, где бы ты ни был.

— Я знаю, — Лерс выдержал взгляд Ария. И в ответ посмотрел открыто, без намека на улыбку или ехидства. — И, поверь, я отдам за нее жизнь.

— Не пропадайте совсем. Хоть изредка давайте о себе знать.

— Что-нибудь придумаем. Впрочем, — Лерс снял с шеи тонкий шнурок с прозрачной слезой-подвеской. — Оставь это у себя. Так будем…ммм… безопаснее для нас обоих.

Родной дом Эльмарис покинула спустя всего несколько минут. Они с Лерсом вышли за ворота и неспешной походкой отправились, будто бы на прогулку. На площади остановили крытый экипаж и приказали отвезти их к императорскому дворцу. Смеялись, шутили, делали все возможное, чтобы их заметили не только редкие в это время суток прохожие, но и те, кого они сами видеть не могли.

Экипаж остановила императорская стража на подъезде к дворцу. Когда воины распахнули дверцы, все что они увидели — это несколько золотых монет на сидении — плата за проезд — и тонкая цепочка с темным коричневым камнем-капелькой. Кронпринц и его невеста просто исчезли и никто так и не смог отследить направление, в котором они переместились.

Дархаш. Императорский дворец.

Десять дней спустя.

— Их нигде нет! — восклицал император Таршаан, расхаживая по ковру в собственном кабинете. — Ты представляешь? С тех пор, как они исчезли из столицы, никто так и не смог взять след. Это немыслимо!

Он остановился напротив камина и несколько мгновений просто смотрел на пляшущие языки пламени. Затем тряхнул головой и резко развернулся, вперив возмущенный взгляд в молчаливо сидящую в кресле Сайрин.

— И во всем виновата эта девчонка! Чего же еще ждать от ведьмы, как не пакости!

— Ты преувеличиваешь, — спокойно отозвалась дочь Тьмы. — Эльмарис хорошая девочка и не склонна к необдуманным поступкам. Так что, если кто и виноват во всей этой авантюре, так это твой сын.

— Ты… да ты… — император задохнулся было от возмущения, но быстро сник и махнув рукой, вернулся к своему креслу. Рухнул в него и закрыл лицо руками, сгорбился весь. — Это кошмар какой-то, — почти простонал он. — С тех пор, как… это просто кошмар. Даэн сбился с ног разыскивая их по всей империи, лорд Шаэсс самоустранился, мотивируя тем, что его собственная невеста исчезла в неизвестном направлении, и он занят поисками леди Иншар. Князь Лантарский два ли не разорвал с нами все договоренности из-за того, что его дочь второй раз пропала именно на территории Дарканской империи. Представляешь? — Таршаан отнял руки от лица и посмотрел на Сайрин. — Он заявил, что уже не уверен в том, что родство с родом Граэш такая уж хорошая идея. Это просто… возмутительно!

— Не понимаю причин твоего возмущения, — пожала плечами Сайрин. — Все же вроде наладилось. Ты теперь свободен, никто не угрожает твоей власти, свадьба вот… намечается.

Император прищурился.

— Ты так спокойно об этом говоришь, — произнес он, внимательно следя за сменой выражений на лице Сайрин. — Совсем не жалеешь?

— О чем? — она усмехнулась. — Что тридцать лет назад не приняла твоего лестного предложения? Нет, Шаан, не жалею. Я не любила тебя тогда, и если бы уступила, то кто знает, чем бы закончилась наша история. Мы могли стать врагами.

— Да, — Таршаан погрустнел. — Ты никогда не боялась задеть мои чувства. Наверное, это и явилось одной из причин…

— Только не надо опять начинать речь о великой любви! — перебила его Сайрин. — Ты никогда не любил меня, Шаан. По крайней мере, не любил так, как любишь леди Амарандиш. На меня ты никогда так не смотрел.

При упоминании Лиран выражение лица Таршаана смягчилось, а в глазах появилась нежность. Сайрин улыбнулась, заметив эти изменения и продолжила:

— И я тоже никогда тебя не любила. И да, я не боюсь задеть твои чувства, но отдаю себе отчет в том, с кем разговариваю. Я почти тридцать лет скрывалась от твоей мести, и сейчас мне вот совершенно не хочется снова подаваться в бега.