Кронпринц нахмурился, ругая себя последними словами, снова и снова проговаривая про себя все те тысячу и одну причину, по которой ему не следует больше думать об этой девушке, но… но сердце все равно сжималось, а светлый образ синеглазой целительницы никак не хотел тускнеть и с каждым днем, проведенным вдали от столицы становился все ярче.

Лерс нахмурился и неосознанно почесал правое запястье — в последнее время рунная вязь стала четче, да и чесалось запястье сильнее, свербело иной раз так, что кожу содрать хотелось по живому. И эта была еще одна причина, по которой он не должен был думать об Эльмарис. Она слишком нежная и невинная, чистая, искренняя, настоящая…

Кронпринц понимал, что не должен и дальше желать их отношений. Неправильно это. Но и не забывалось. Не мог он найти в себе сил, способных заставить его разом выбросить эти мысли из головы.

Еще одной причиной, по которой ему стоило забыть о молоденькой целительнице, являлся командир дартарров. Лерс смутно припоминал, что Эльмарис говорила ему о том, что кроме боевика у нее есть еще один брат и вроде даже обмолвилась о том, что тот служит в элитном подразделении воинов-оборотней. Но тогда парень пропустил это мимо ушей и не стал задумываться над этим. И как выяснилось — зря.

Оборотни весьма чувствительны к запахам, а Арий Лиарэ был, несомненно, одним из выдающихся представителей своей расы — он сходу почувствовал на Лерсе запах младшей сестры и не стал играть в молчанку, тут же задал нескромный вопрос. Вопрос, на который кронпринцу пришлось ответить правду. Да, он провел ночь вместе с его сестрой, да, он буквально за несколько часов до прибытия в Хашрай выбрался через окно ее спальни, но… ничего более у них не было.

Последнюю деталь, кстати, можно было бы и не уточнять — оборотень и сам прекрасно почувствовал, что дальше невинных поцелуев и целомудренных объятий они не зашли, но все равно остался недоволен произошедшим. И теперь время от времени, Лерс ловил на себе задумчивый взгляд командира дартарров и постоянно был напряжен. Причин для этого было предостаточно — оборотни ревностно относились к чести своих женщин. Девственность сестер и дочерей у них строго охранялась, и Арий вполне мог потребовать от него, Лерса, сатисфакции или же просто вырвать ему глотку. И даже тот факт, что соперником в данном случае будет являться кронпринц и первый наследник империи, не остановил бы его.

Напряжение, разлитое вокруг и не дающее покоя командиру дартарров ощущалось и Лерсом. Что-то мешало, угнетало, давило на плечи. Что-то нехорошее надвигалось на них с гор. С той стороны, откуда уже несколько дней назад должны были спуститься представители норвов. Но их не было. Уже два дня как Лерс сидел в ставке дартарров у самой границы и ждал. И это ожидание не добавляло ему хорошего настроения. Будучи совсем еще молодым, он не обладал достаточным терпением. Молодому принцу хотелось поскорее закончить с неприятным поручением отца и вернуться в столицу. Хотелось снова увидеть синеглазую целительницу, пусть издалека, пусть лишь мельком — Лерс твердо решил сдержать данное себе обещание и прекратить встречи с Эльмарис. Но это решение не помогало, кронпринцу отчаянно не хватало ее улыбки, ее веселого смеха, он постоянно вспоминал, как девушка морщила хорошенький носик, или заправляла за ухо непокорную прядь темных волос.

И вместо того, чтобы тратить время в свое удовольствие, ему приходилось сиднем сидеть на севере, ежедневно наблюдать хмурую физиономию командира дартарров и ждать, ждать, ждать… Сказал бы еще кто, чего именно?

Настроение кронпринца резко испортилось. Валяться в кровати дальше смысла не было: сон не шел, а мысли с приятных перескочили на тревожные.

Потянувшись от души, Лерс выбрался из-под одеяла и принялся одеваться. Но не успел он натянуть сюртук, как снаружи раздались крики и в дверь его временного пристанища постучали.

— Ваше высочество! — на пороге появился один из воинов-дартарров. — В горах замечено движение. Норвы, кажется, решили все-таки спуститься. Командир Лиарэ отдал приказ готовиться к обороне и предупредить вас.

Лерс поморщился при упоминании имени Ария, кивком разрешил посланнику удалиться, и с тяжелым вздохом принялся стягивать уже наполовину застегнутый сюртук. Если норвы наконец-то решили, что время пришло — надо выглядеть соответствующе своему имени и положению.

Спустя десять минут, облачившись в парадный камзол, кронпринц покинул свое временное жилище и присоединился к Арию на улице. Командир дартарров стоял на небольшом пятачке, отделяющим временный лагерь от лесной полосы, и напряженно всматривался в горизонт.

— Норвы прислали вестник, что готовы к переговорам, — не оборачиваясь, произнес он, когда почувствовал приближение кронпринца. — Они уже прошли через перевал. Двигаются пешком, через два часа будут здесь. Я отдал распоряжение приготовить все к переговорам.

— Хорошо, — кивнул Лерс, продолжая вглядываться в горы, виднеющиеся на горизонте.

Он не обладал зоркостью и обонянием оборотней, но смог различить небольшую дымку — норвы использовали магию.

Посольство норвов появилось в пределах видимости спустя три часа. Четыре воина, плечом к плечу, вышли из окружающего временный поселок дартарров леса. За ними семенили остальные участники переговоров, но из-за могучего телосложения впереди идущих, рассмотреть их повнимательнее не получалось. Выступающие же впереди воины вызывали невольное уважение, и даже безотчетный страх. Они были высоки ростом, могучи телосложением и довольно устрашающи на вид. Заросшие светлыми бородами суровые лица, длинные волосы, спадающие на плечи, странные на вид меховые шапки с рогами, лохматые меховые же жилетки, лишь слегка прикрывающие мускулистые, густо смазанные жиром тела — таковы были посланники норвов, важно выступающие на встречу с кронпринцем Дарканской империи.

Лерс почувствовал, как от вида полураздетых воинов его пробирает дрожь. В Хашрай уже пришли морозы, земля правда не успела еще покрыться снежным покровом, но промерзла основательно, от дыхания поднимались облачка белесого пара, а иноземные воины были полураздеты и совершенно не обращали внимания на холод.

Посольство приближалось неспешно, они словно купались в лучах зимнего солнца северных земель Дарканской империи и от их, густо смазанных медвежьим жиром тел, отскакивали блики, слепившие глаза встречающих. Высокие, мощные норвы походили на легендарных паладинов, которые несколько десятков тысяч лет назад бороздили морские просторы и устраивали варварские набеги на прибрежные территории. Кто знает, возможно, именно те самые паладины и стали прародителями народа норвов? История не сохранила таких сведений, а сами северяне не спешили поведать миру историю собственного происхождения, жили замкнуто, не допуская ни в свои земли, ни в свои души чужаков.