Горючее было на исходе. Пискунов и Лаухин, посоветовавшись с штурманами Кириченко и Каширцевым, установили прежний курс.

Иван Павлович принял решение, чтобы хоть что-то опознать на земле, снизиться на высоту трехсот метров.

Снизились, но в населенных пунктах почти не было огней. Часы показывали три часа ночи. Детальную ориентировку восстановить так и не удалось.

В это время ведущий инженер Самочетов сказал Пискунову:

–  Иван Павлович, через десять минут выключим один мотор. Через двадцать минут выключим второй. Машина теперь легкая - будете вести ее на трех и на двух. Больших кренов не делайте, чтобы моторы не захватили воздух.

–  Понял, понял... "Порадовал" ты меня, - ответил Пискунов, глубоко вздохнув.

Да, положение экипажа было незавидное. Все устали. Горючее на исходе. Ночь. Не известно, где находятся...

Прошло еще немного времени, и Кириченко громко сказал:

–  Сейчас, товарищи, будет наш город! Не будет его - выбрасывайте меня за борт!..

Но шутку его никто не поддержал.

Прошло еще несколько минут.

Вдруг впереди по курсу полета действительно показался большой город.

Пискунов зажег фары. В ярких лучах света то тут, то там тускло поблескивали купола церквей.

–  Да, Семен Семенович, ты прав! Это наш город! - сказал радостно Пискунов и начал плавно устанавливать самолет на курс своего аэродрома.

Козлов, как было ему сказано Самочетовым, выключил один, а затем второй моторы. А Пискунов, когда подошли, наконец, к своему аэродрому, подал ему команду выпустить шасси и посадочные щитки и с ходу произвел посадку.

Так был выполнен тяжелый испытательный полет на дальность на Ту-4, ведущим летчиком которого был летчик-испытатель Иван Павлович Пискунов.

Премия за... разбитый самолет

Имя выдающегося летчика-испытателя дважды Героя Советского Союза подполковника Степана Павловича Супруна, погибшего в начале Великой Отечественной войны, известно многим. Но вероятно, не все знают о том, что служил в испытателях и его младший брат подполковник Александр Павлович Супрун.

Александр Павлович - истребитель. В годы войны, участвуя в воздушных боях, он сбил шесть вражеских самолетов.

...24 октября 1941 года девятка МиГ-3, ведомая командиром эскадрильи майором Г. Ф. Приймуком, атаковала под Наро-Фоминском большую группу немецких пикирующих бомбардировщиков Ю-87, прикрываемых "Мессершмиттами-109".

Выпустив по вражеским бомбардировщикам четыре реактивных снаряда, лейтенант Супрун ощутил вдруг град ударов по своему самолету. Это атаковал его вывалившийся из-за облаков "мессершмитт".

Высота 400 метров. Супрун бросил МиГ в пикирование и вывел его на бреющем. Но вести бой он уже не мог. Самолет был плохо управляем. У него было разбито хвостовое оперение и отбита почти половина одной лопасти воздушного винта, что вызвало сильную тряску мотора. В кабину из баков лился бензин - самолет мог вот-вот загореться.

Но Супрун не стал приземляться на фюзеляж в поле, а направился к своему аэродрому. Он знал, что самолет надо во что бы то ни стало привести на свой аэродром, чтобы техники могли его быстро снова поставить в строй.

И ему удалось это сделать.

Техники насчитали в МиГе 118 пробоин. Остаток дня и всю ночь они, почти не смыкая глаз, "залечивали раны" самолета. А на следующий день Супрун снова ушел на нем на боевое задание.

Так в огне первых месяцев войны закалялся характер летчика-истребителя Александра Павловича Супруна.

В 1945 году капитан Супрун прибыл к нам. Он был опытным истребителем, и поэтому быстро вошел в строй испытателей.

В то время Некоторые наши истребительные полки были еще вооружены английским "Спитфайром". Эта машина имела 13 000 метров потолок и неплохую скорость, была вооружена двумя 37-мм пушками и четырьмя крупнокалиберными пулеметами.

Говорят, что "Спитфайр" в точном переводе с английского языка на русский означает "плюет огнем...".

И вот на этом истребителе, который "плюется огнем", на фронте были случаи гибели наших летчиков из-за того, что в аварийной обстановке в воздухе не сбрасывался фонарь кабины. Англичане, конечно, знали об этом (иначе зачем им было вешать в кабине летчика на правом борту небольшой ломик), но нам о недостатках "Спитфайра" они сказали совсем немногое.

Вскоре нашим летчикам-испытателям было поручено провести на этом самолете испытания на сбрасывание фонаря кабины в полете.

Ведущим летчиком был назначен Александр Павлович Супрун. Ведущим инженером и его помощником были назначены соответственно Владимир Викторович Мельников и Иван Александрович Писарев. Оба они - грамотнейшие инженеры-испытатели.

Начались испытания. Никому, разумеется, не было известно, как фонарь поведет себя при сбрасывании и потому решили заснять его "выбрыки" на кинопленку; рядом с самолетом Супруна летел самолет с кинооператором.