Она права. Переходный возраст, детей будет лучше развести подальше.

Третью пили, когда я подложил дров в камин, открыв дверцу топки из огнеупорного стекла. Отблески огня при этом весело заплясали на стенах зала.

Народ утолил голод, и больше разговаривал. Подняли бокалы, Алия сказала очень красиво о родных и близких людях, Георгий о вечной памяти, а Андрей сказал слова благодарности за то, что мы имеем сейчас.

Почему-то сейчас мне в голову пришла мысль, что все могло быть и хуже. А подумал потому, что не случилось никаких запусков ракет во время катастрофы. Все произошло очень быстро, хвала богам. И никаких запусков после катаклизма не было. А поговаривали о таких системах, которые могут привести все ядерные силы в действие без участия человека. Хотя…, мы еще ни видели мир дальше пятисот или шестисот километров от нашего дома, это я поход Тиграна имею в виду. И прибор для измерения уровня радиации обязательно надо найти.

Началась неофициальная часть вечера. Когда зашел разговор о счастье, молодые люди сказали свое слово. Алина взяла листок с напечатанным на принтере тексом и зачитала нам отрывок из классиков.

— Вот что написал Лев Толстой, возвратившись из-за границы в Ясную Поляну: «Вечная тревога, труд, борьба, лишения — это необходимые условия, из которых не должен сметь думать выйти хоть на секунду ни один человек. Только честная тревога, борьба и труд, основанные на любви, есть то, что называют счастьем. Да что счастье — глупое слово; не счастье, а хорошо; а бесчестная тревога, основанная на любви к себе — это несчастье. Вот вам в самой сжатой форме перемена во взгляде на жизнь, происшедшая во мне в последнее время».

— Тогда мы все счастливые люди, — ответил за всех Тигран. Ведь у нас все это имеется в достатке…

Я хотел немного покритиковать изречение, где так все накручено, но проявил благоразумие и промолчал.

— Скажи еще, что тебе чего-то не хватает, — произнесла ехидно бабуля Тиграну.

— Так давайте выпьем за то, чтобы у нас почти все было, но всегда…, всегда чего-нибудь, но не хватало! — Тигран своим тостом тонко отметил основные стимулы в жизни. Очень хорошую мысль выразил, прямо философ.

Женщины и молодые люди перешли на тыквенный сок, стоявший в двух стеклянных кувшинах, а мы пили красное вино. Легкий ужин вошел в заключительную фазу, как выражается мой братец. Все наелись и немного выпили, пора выбираться из-за стола на свежий воздух.

Еще на втором этаже, на веранде нас встретили собаки. Арт, похожий на спаниеля, сразу кинулся к Алине, а Сомик подбежал к Андрею, махая хвостом, как заведенный. Помнит наш хвостатый приятель, кто его выносил на руках к машине, когда кабан порвал ему бок на охоте.

Большою толпой мы медленно спустились во двор, где стояли наряженные голубые ели. Чтобы не стоять на месте, пошли в обход большой усадьбы, образованной после сноса забора между двумя соседними домами. Через пять минут все разбились на группы. Тигран пошел к мангалу. Лейла повела всех к огородам и сараям с животными, хвастаться своими достижениями, а мы отправились в соседний двор, чтобы посмотреть, как устроилась Нина с сыном.

Как я понял, Тигран теперь ночует не один, после того как увидел его вещи в их просторном доме. Видно, что он в этом доме хозяин — показал мне целую оружейную комнату, которую он здесь организовал. Рашит от нас не отходил, и на мой взгляд был очень доволен, что у его мамы появился такой мужчина. Что угодно можно говорить, а природа не оставила никакого выбора нашим мужчинам, да и женщинам тоже.

Второй раз стол теперь был накрыт не так. Первый был больше закуской к выпивке, а сейчас он основательно заставлен разными блюдами. Начиная от холодного желе с форелью, ломтиками лимона и оливок, и заканчивая шашлыком, только что принесенного от мангала. Был даже сыр двух сортов, еще заводской, каким-то образом сохраненный хозяевами этого дома. Со столом бабушка с Ниной постарались, пока мы гуляли во дворе. Георгий принес две бутылки шампанского и еще две — белого вина, к рыбе и сыру. До встречи Нового года осталось совсем немного.

Народ на воздухе снова нагулял аппетит, во всяком случае мужская его часть явно смотрела на стол с вожделением.

Немного выпив и закусив, использовали оставшееся время для выяснения наших планов на будущее. Почему-то смотрели при этом на меня, а не на бабулю. Словно за мной последнее слово, а не за ней. До встречи Нового года осталось тридцать пять минут.

— Олег, ты согласен на переезд, и создание общего поселения?

— Конечно согласен, — сказал я быстро, не раздумывая. — Вместе всегда лучше, чем раздельно. Фразу «а куда я денусь» чуть вслух не сказал…

— Не скажи, — произнес Тигран, бывает и иначе.

— Не в нашем случае. Переезд давно назревал, а когда нас стало десять человек, создание поселения просто напрашивается.

— Все так, — поддакнул Георгий. — Мы тут тоже обсудили это, и все двумя руками «за». Осталось только выбрать место.

— И тут слово предоставляется…, — я сделал небольшую паузу, чтобы все бросили вертеться, сосредоточились и прониклись… — Андрею!

— Предлагаю рассмотреть наше село. Обосную коротко, почему. Во-первых, оно нами хорошо подготовлено, останется немного поработать, перезахоронить трупы, которые мы выносили недалеко.