— Какое чувство? — Ройс погладил девушку по предплечью, побуждая поделиться. Она должна была говорить, кричать — что угодно, но не держать это в себе.

— Я не знаю, — покачала головой Марисса. — Может, это раскаяние или вина…

— Вина? — удивился Майкл.

— Я почти ненавидела его, а он отдал за меня жизнь, — вздохнула девушка. — Я есть, а его нет. Но знаешь что самое странное?

— Что?

— Вот здесь, — поднесла она указательный палец к виску, — я понимаю это, но… но сердцем я не чувствую этой потери. Совсем ничего, понимаешь?

— Это нормально. Ты ведь не знала его почти. Чужой человек…

— Чужой? — переспросила Марисса. — У нас общий отец. Он же… Он, как ты, но… Я не могу быть настолько черствой, Майкл, чтобы… — она замолчала, качая головой.

— Ну, что ты, — Ройс хотел обнять сестру, но она отшатнулась.

Схватившись за голову, Марисса замерла на месте. Выдохнув, она снова взглянула на брата. Этот взгляд практически убил Майкла. Будь у него выбор, Ройс охотно согласился, чтобы его заживо порезали на куски, только бы не видеть этой дикой боли в ее глазах. Марисса напомнила ему потерявшегося котенка, такого маленького в огромном мире, который идет к людям в поисках защиты и надежды. И, в этот момент, всем человечеством стал он сам. И он мог дать ей все, кроме надежды. Киллер чувствовал ее отчаяние, знал, что она ждала от него, но не мог сказать, в чем причина ее равнодушия. Он не знал.

Тем временем, Марисса шмыгнула носом и запрокинула голову. Когда она снова взглянула на него, глаза девушки были сухими, хоть и слегка безумными. В них сквозила такая пустота, что становилось страшно. Синяя бездна без дна — вот чем стал ее взгляд. Затянув потуже хвост, сестра вернулась на дорожку.

— Уходи, Майкл, — тихо сказала Марисса.

— Сестренка…

— Не переживай, я не сорвусь, — бросила она на него мимолетный взгляд, а затем включила дорожку. — Я выберусь из этого дерьма, хотя бы для того, чтобы плюнуть в рожу Тайлеру Кларку. Я не прощу ему Рея. Никогда, — последнее слово прозвучало словно удар топора, настолько резким и холодным оно было.

Прежде чем вернуться в дом, Майкл обернулся, чтобы еще раз взглянуть на сестру. Она выглядела вполне спокойной и уравновешенной. Возможно, темп дорожки излишне быстрый, но Мариссе это не мешало. Вся ее злость уходила сейчас туда — в финальный рывок перед полным опустошением. Ройс знал, как это бывает. Физическая усталость погрузит ее в сон так быстро, что на мысли о Реймонде не останется времени. Возможно, сейчас подобная тактика была самым лучшим вариантом. Марисса не расклеилась, не требовала жалости к себе, не обматывалась соплями — это не могло не радовать. Она сделала самое лучшее, что могла — разозлилась. Гнев поможет ей справиться с потерей Реймонда.

При виде спокойного сына, что вошел в гостиную, Меган облегченно перевела дыхание. Если Майкл не хмурился, значит, все не так плохо, как она думала. Миссис ройс пока не понимала, как ему это удается, но только сын мог найти те слова, которые доходили до Мариссы. Дочь все еще оставалась закрытой. Привыкшая жить без нее, девушка не спешила раскрывать душу перед женщиной, которая была ее матерью, но которую она не знала. Меган считала, что не нужно давить на нее. Время — вот кто был ее лучшим союзником. Только оно поможет наладить отношения с дочерью. Придет момент, когда девочка привыкнет к мысли, что не одна и тогда все станет на свои места.

— Она справится, — сын даже не подозревал, какой груз снял с плеч Меган. — Все наладится. Я уверен.

— Очень на это надеюсь, — кивнула Меган. — Но Майкл… — миссис Ройс приоткрыла рот, заметив, что сын больше не обращает на нее никакого внимания. — Майкл?

Не реагируя на голос матери, Ройс направился к Джин, которая стояла у основания лестницы. Ухватив молодую женщину за локоть, он потащил ее наверх. Не забывая контролировать силу, чтобы не причинить ей боль, Майкл втолкнул подругу сестры в свою спальню и закрыл дверь на ключ. Толкнув ее в сторону кровати, киллер вынудил Джин сесть.

— Ничего себе! Так не терпится? — иронично фыркнула брюнетка.

— Ты… — наклонился к ней киллер. — Убить бы тебя прямо сейчас!

— Ну, давай, — Джин откинулась назад, опираясь руками на постель, и провела языком по сочным губам. — Убей меня прямо сейчас…

Майкл выпрямился.

Чертовка! Эту на испуг не возьмешь. До чего хороша и опасна. Хороша каждой клеточкой соблазнительного тела, каждым томным вздохом, каждым движеньем. Опасна лишь тем, что прекрасно знает это. Женщина — стихийное бедствие. От такой нет спасения нигде. Тем не менее, вся эта красота не спасала положения. Во всяком случае, сегодня, когда Майкл был так зол.

— Твоих рук дело, да? — прищурился он.

— Что именно? — полюбопытствовала нахалка.

— Ты знаешь, что я имею в виду, — снова наклонился над ней Ройс. — И не советую сейчас шутить со мной, Джин.

— А кто шутит?

— Как тебе только такое в голову пришло? — всплеснул руками киллер. — Столько времени мы выводили Мариссу из этого состояния. Сколько труда вложили в это, сколько нервов… А ты просто взяла и…

— Что?! — вскинулась Джин, поднимаясь на ноги. — Сколько еще вы собирались вешать ей лапшу на уши? Она и так вне себя, но если бы все это продолжилось, твоя мать никогда бы не смогла заслужить любовь дочери, а так у нее хотя бы остался шанс.