Напряглась, прислушиваясь. Как его встретить после вчерашней отвратительной сцены? Что он подумал?

И почему меня это все интересует?

Пора подумать о другом… Но мне не дали.

Надсадно скрипнув, дверь чуть не слетела с петель и в помещение, тяжело дыша и отдуваясь, ввалился гарпий. Захлопнул её и рривалился спиной.

Я села на кровати и с недоумением воззрилась на него. Забылись разом все вопросы, которые задавала себе. Поведение моего надзирателя не соответствовало обычному равнодушию.

Заметив обращенный к нему взгляд, Таурус все же пояснил странные действия:

— Омнис выпустил очередной эксперимент из лаборатории. Некоторое время придётся подождать, когда он доберётся до ближайшего живого коридора.

— Уж не на тебя ли он его натравил? — язвительно прошипела. Тут же одернула себя и произнесла нормальным голосом: — и долго нам ждать?

— Нет, — односложно ответил он, отлепляясь от двери и направляясь ко мне. — Можно начать прямо сейчас. Пока сыворотка начнёт действовать, коридор уже поглотит несчастную зверушку.

Он вынул из кармана чёрного сюртука шприц, полный мутно-желтой жидкостью. Выпустил воздух и потянулся за моей рукой. Отдернула её и прикрыла другой.

Заметив мой напуганый взгляд, гарпий вздохнул и произнёс:

— Это та же самая, только Омнис доработал ее. Когда завершится трансформация, ты снова сможешь принять человеческий образ.

Внутри подняла голову надежда на то, что не всю жизнь мне придётся лицезреть существо, которым становлюсь. Не останусь отвратительным созданием навсегда. И о чем я тогда подумала, когда увидела пернатый вид Тауруса? О том, что они более сносные существа, чем те создания, которые изображаются в моём мире? Такие же твари. Мерзкие, чудовищные уроды.

Потянула ему руку и, зажмурившись, замерла в ожидании. Ощутив укол, вздрогнула. С каждым разом становится все страшнее и страшнее. И если вспомнить слова пернатой богини, то сегодня она займёт моё тело. Я снова переживу те ощущение, что преследовали меня в первые дни. Чужое присутствие.

— Мне интересно, твой разум когда-нибудь перестроится или Гаргиппия все оставит так? — раздался голос гарпия.

Открыла глаза. И только усилием воли заставила себя остаться на месте. Лицо Тауруса было напротив моего. Буквально в нескольких сантиметрах. Настолько близко, что я могла уловить его дыхание. Взгляд темно-карих глаз блуждал по моему лицу.

Дернулась, выходя из состояния оцепенения. Отшатнулась назад. Теперь его взгляд остановился на уровне глаз.

— Не знаю, — прошипела. — Она мне не говорила.

Во взгляде гарпия появилось удивление. Третьи веки на миг прикрыли радужки и снова скрылись. Он приблизился к уху, обдавая щеку горячим дыханием.

— Мы понаблюдаем, — прошептал на грани слышимости.

Вдоль позвоночника пробежали мурашки, затерявшись внутри сгустком отвратительного липкого страха.

Я вытянута руки вперёд, чтобы оттолкнуть Тауруса. Но тот перехватил их за запястья и тихо позвал:

— Гаргиппия!..

Протяжно и гулко. Так, что в голове ещё долго гуляло эхо.

Сознание раскололось на две части. Моя быстро погрузилась в темноту.

Вокруг стояла густая вонь разлагающегося мяса.

Сознание медленно возвращалось из тёмного небытия. Вставало на своё место. Соединялось с отделенной половиной.

Медленно. Очень медленно. И вместе с ним возвращались чувства.

Все тело ломило, а правый глаз разрывало болью.

Открыла левый, омотрелась. Коридор, как и сотни других. Почти стемнело. Напротив, у стены развалилась груда костей, тухлого мяса и червей. Она-то источала незабываемый аромат. По остатку длинного уха на черепе смогла определить эльфа.

Так почему же второй глаз не открывается? Вздрогнула от этой мысли, насторожилась.

Потянулась рукой к лицу. Пальцы ощутили липкую влагу. Попыталась ощупать место, где должен быть глаз. Но не ощутила преграды.

Внутри нарастала паника. Что произошло?

В другой руке было что-то зажато. Оказалось, что изящная заколка-игла. Которую и воткнули мне в глаз, на конце остались сгустки крови.

Где-то раздались торопливые шаги. Вскочила и бросилась туда.

Бежала быстро, со всех ног. С трудом дышала. Всхлипывала через раз. А из здорового слезника градом катилась влага. На пальцах до сих пор осталось ощущение липких сгустков крови и содержимого глазного яблока.

Я бежала, бежала, бежала. Меня преследовало ощущение, что этот коридор бесконечен. Затуманеный слезами взор улавливал только основное. И появившееся впереди препятствие заметила только тогда, когда меня остановили, придержав за плечи.

— Что случилось? — послышался обеспокоенный голос.

Чей, определить не смогла, поэтому глубоко вдохнула. Уловила только запах перьев. Значит Таурус.

Не получив вразумительного ответа, гарпий приподнят моё лицо за подбородок и, как мне показалось, излишне внимательно осмотрел. Повисшую тишину разорвало глухое, утробное рычание и злое: