— Манипуляторша… — недовольно шипит себе под нос МуРан вспоминая выступление ЮнМи на шоу.

Место действия: общежитие группы «Корона»

Время действия: вечер, начало седьмого

— Вау! — громко восклицает КюРи смотря в планшет. — Вы только посмотрите, что опять натворила наша ЮнМи!

— Она не наша. — отвечает ей ИнЧжон. — И слава богу. И что же она могла натворить? Назначила дату свадьбы?

— Не угадаешь! — с восхищением восклицает КюРи подняв голову от планшета и смотря на ИнЧжон. — Её мобилизовали в армию!

— В армию? — удивлённо переспрашивает ИнЧжон и наморщив лоб на несколько секунд задумывается над новостью.

— Вообще уже, что ли? — произносит она. — Что за глупости ты читаешь?

— Я читаю сайт министерства обороны! Вот, слушайте! — требует КюРи и зачитывает для всех небольшой текст приказа.

На некоторое время в комнате устанавливается молчание. Девушки озадаченно обдумывают неожиданную новость.

— Так это она теперь будет со своим женихом вместе служить? — спрашивает у всех БоРам. — В одной казарме?

— В одной казарме? Со всеми остальными солдатами? — скептически отзывается ХёМин. — Даже не представляю, чем может закончится такая «служба».

— Почему же? Я вот очень даже представляю. — отвечает ДжиХён. — Беременностью и увольнением в запас.

— Не говори ерунду! — сердится СонЁн. — Наверняка, в армии захотели, чтобы у них была такая же реклама как АйЮ в полиции! Будет иногда фотографироваться в форме, а в часть приезжать только на время каких-нибудь шоу или презентаций.

— Ну, АйЮ всё же участвует в работе полиции, когда у неё есть время. — возражает ХёМин. — Потом, АйЮ это не ЮнМи. Какая с неё реклама для армии?

— Написано ведь — «для повышения морального духа и боеспособности», — цитирует приказ по памяти СонЁн и напоминает. — Она же «RedAlert» написала, с которым мы выиграли на международных учениях!

Девочки опять задумываются.

— Ну, не знаю… — неуверенно произносит ХёМин раздумывая над этим фактом.

— Тогда, что, получается — армия поддерживает ЮнМи против МИДа? — задаёт вопрос КюРи.

Опять все задумываются.

— Политика, это смерть для айдола. — уверенно произносит ИнЧжон повторяя когда-то крепко вбитую ей в голову мысль. — Все айдолы и актёры, когда начинают делать политические заявления — заканчивают свою карьеру досрочно. Хорошо, что президент СанХён исключил её из группы и уволил из агентства. Она бы нас утопила вместе с собой. Балласт, тянущей на дно.

— Н-да, — со скепсисом в голосе отзывается КюРи, — теперь остаётся только суметь выплыть, после сброшенного балласта. Дело за малым…

— Не веришь, что президент СанХён поможет нам это сделать? — агрессивно обращается на это замечание ИнЧжон.

— Почему? — не спорит с ней КюРи. — Верю. Просто хочется, чтобы это произошло поскорей. А то я как-то не представляю, как мы это сделаем…

— Президент СанХён знает, что нужно делать. — уверенно произносит ИнЧжон. — Но ему нужно время, чтобы разобраться со всем тем, что натворила ЮнМи. Он же так и сказал, что нужно вначале многое исправить.

КюРи ничего не отвечает и возвращается к своему планшету. В комнате наступает тишина. Девушки тоже берутся за свои гаджеты, чтобы узнать последние новости.

— «Нетизены сомневаются в адекватности генерала Им ЧхеМу, отдавшему приказ о мобилизации Агдан». — читает она с экрана ни к кому конкретно не обращаясь, КюРи. — Спрашивают — «Что, у нас уже началась война с Севером, если мы мобилизуем школьниц»?

— Нетизены пишут, что президент СанХён выгнал ЮнМи из агентства. — сообщает ДжиХён. — Интересно, откуда узнали?

— «Оппозиционные партии поддерживают Агдан». — ответно рапортует БоРам делясь своими впечатлениями от изучения новостной ленты.

— Может, ЮнМи и вправду — Мён СонХва? — подняв голову от своего планшета спрашивает она. — Порядок наводит в государстве…

ИнЧжон тяжело вздыхает, но ничего не отвечает на это дурацкое предположение, продолжая читать то, что она читала до вопроса БоРам.

Место действия: дом мамы ЮнМи

Время действия: примерно в тоже время

На полу сижу, телевизор смотрю. Рядом со мной холодная бутылка водки и пакет с апельсиновым соком. Пришлось перейти на консервант, поскольку СунОк, протестуя против «распития крепкого напитка», категорически отказалась делать мне «свежевыжатый». А ещё, у нас с ней была перед этим схватка за бутылку. Хоть онни громко орала и принимала угрожающие позы, но до рукопашной у нас дело не дошло. Я объяснил ей, чем грозит семейному бюджету мой призыв и отстоял своё право напиваться, когда хочу и как хочу. Вот, веду себя по-корейски, напиваюсь после увольнения. СунОк поддерживает, но с соджу и без огонька.