– - Давай, хватит, демагог,-- я зло смотрел на авиетку, готовившуюся повторить атаку.-- Залепи ей вену пластырем и молись, сейчас наши товарищи будут нас убивать.

Армян проделал эту немудренную комбинацию и осмотрелся.

– - Интересно, гду у капсулы механизм управления огнем?

– - Ты что задумал, скотина?!

– - Я хочу защищаться.

– - От кого?!

– - От авиетки.

– - Против своих?!!

– - Ага. Их там пятеро, а нас четверо. Какая разница, погибнет на одного больше или на одного меньше? Первый сам говорил, что мы ему дороже и он хочет видеть нас на корабле. Значит, мы должны подчиниться приказу и вернуться любым путем.-- Армян помолчал и добавил,-- Даже, если для этого прийдется прикончить авиетку.

Пилот молчал, наверное, ему тоже хотелось пожить еще немного.

– - Но ты ничего не сделаешь авиетке!-- не сдавался я.

– - Ничего, Первый тоже говорил, что авиетки не страшны лихтерам, меня хором убеждали, что капсулы не страшны авиеткам, у них только дюзы мол слабые и вообще на нашем чертовом кораблике мало кто во всем хорошо разбирается. Я это понял, еще когда ЕСУОА создавал. А то как страусы, голову в песок окунут и хоть трава не расти. Сейчас, сейчас, дай только разобраться. Ага, вот!-- корпус капсулы дернулся и две трассирующие очереди врезались авиетке в лоб. Авиетку быстро закрутило вокруг оси, ЕСУОА наугад шарахнула обоими бортами, пламя в хвостовой ее части увеличилось вдвое, снова выравнивая аппарат в устойчивом полете. Не сбавляя скорости, она немного ушла в сторону, но уверенно продолжила сближение, видимо, надеясь прикончить нас наверняка.

– - Эй!-- обратился Армян к пилоту,-- Ты сможешь зайти ей в хвост?

– - Могу попробовать, но... не могу.

– - Вот козел. Почему?

– - Там наши друзья.

– - Плевать на таких друзей, они там только и мечтают, как бы получше заехать в нас из ЕСУОА. И потом мы кто, враги?

Веер ослепительно белых полос окружил капсулу и исчез.

– - Неужели промазали?-- сам у себя поинтересовался Армян и утвердительно ответил,-- конечно, промазали. Что там за олухи у моей ЕСУОА?

Авиетка вновь унеслась вперед, повернувшись к нам бронированным брюхом. Стрелять в него не имело смысла, все равно что из рогатки в бетонную стену.

– - Неужто мы им до сих пор не надоели?-- вякнул Армян,-- вон лихтеров сколько кувыркается,-- и вдруг нечеловеческим голосом,-- Давай, давай! Уходят!!! Выжми из этой лоханки все что можно!

Он тщательно прицелился и дал залп. Далеко в пространстве рванул огненный шар.

– - Ты что, попал..?

– - В правый двигатель. Думаю, они дотянут до корабля, правда с залетом внутрь им придется попотеть. И пилоту и диспетчеру, ну это им за наши мучения.

Капсула на предельной скорости неслась к нашему звездолету, при этом пилот далеко обходил потерявшую скорость и маневр авиетку, стараясь не попасть в радиус действия ее гравитопулеметов.

– - Ты только не додумайся зайти к кораблю с носа, а то они влепят нам из главной метеоритной пушки.

– - А что толку,-- спокойно ответил пилот,-- они не пустят нас в корабль и прикончат из процессора. Я думаю успех битвы на нашей стороне. Первый рискнет и выпустит пару процессоров. Процессор не авиетка, он шлепнет нас на любом расстоянии.

– - Им надо дать какой-нибудь знак.

– - Какой? Говорите скорей, корабль приближается! Смотрите, блок отчуждения процессора светится розовым, через пару минут процессор будет в пространстве. Они наверняка видели, как мы стреляли в авиетку, они думают, что в капсуле кроны и нам этого не простят.

– - Формулу света!!!-- осенило меня,-- Армян, стреляй назад, пунктир снарядов повторит движения капсулы и нарисует формулу света! Если на корабле остался хоть одни здравомыслящий человек, они откроют ангар...

Сзади тихо застрекотали орудия капсулы. Пилот как марионетка дергался в своем гигантском кресле, ему было очень нелегко, ему ни разу не приходилось выходить из таких ситуаций. Он манипулировал рычагами, как заправский клоун своими атрибутами, капсула в бешенной пляске измывалась перед кораблем. Даже я на своих несовершенных экранах видел размытый, но хорошо заметный след пунктира. Увидят ли его на быстро вращающемся корабле?

На одном из оборотов нашего звездолета блок отчуждения процессора загорелся рубиново-красным огнем, процессор вышел в пространство, облачком легкого газа пронесся мимо капсулы и растворился в стороне, где кипела основная битва.

– - Армян, он не выстрелил!

– - Ты прав, Маэстро, это видно потому, что мы до сих пор живы и ангар открывается. Теперь все зависит от пилота, ведь нами не руководит диспетчер. Ты как сможешь?

Пилот не отвечал. Закусив губу до крови и мотая головой от пота, ручьями стекавшего с его лба, он дергал ручки управления.

– - Давай, давай! Ну!

Капсула неслась по все суживающемуся кругу, но все больше отставала от черного провала открывшегося ангара.

– - Увеличь скорость,-- спокойно сказал я.-- Больше не идет, капсула не может этого сделать.

Вдруг вращение корабля резко замедлилось и мы едва не проскочили черный прямоугольник. Пилот сразу притормозил и, повернув капсулу носом к звездолету, пнул ногой здоровенную педаль. Вход в ангар рванулся на встречу, капсула со свистом влетела в черный проем, вспыхнул ослепительный свет, с треском разлетелись на куски крепления авиеток, снесенные крылом капсулы, аппарат завертело юлой и дюзами вплющило в дальнюю стенку ангара.