Ей пришлось полчаса дожидаться грузового подъемника, а затем ехать зажатой между его задней стенкой и контейнером. Она пожалела, что, продав всю одежду, оставила себе лишь неудобные, хоть и прилично выглядевшие сандалии, шелковый пиджак и пышные юбки — все ради того, чтобы смотреться насколько возможно серьезнее и по–деловому. Бессмысленная затея. Координатору до ее внешнего вида дела не было, поскольку она все равно заплатила, а тот, с кем она заключала сделку, вообще не мог ее увидеть. Выйдя из подъемника, она заткнула юбки за пояс, сняла сандалии и положила их на контейнер вместе с сумочкой, в которой теперь хранились все ее пожитки — идентификационная табличка и средства личной гигиены. Кое–как лавируя между невнимательными путешественниками, она вытолкнула груз в длинный терминал прибытия и убытия, ведущий к докам. Моргнув, чтобы посмотреть на часы, Ингрей убедилась, что у нее достаточно времени, чтобы успеть на корабль. Тот, как и ожидалось, находился очень далеко от подъемника, на котором она приехала, совсем в другом конце терминала. Уставшая, раздраженная и встревоженная, она наконец–то добралась до нужного отсека. Как правило, она путешествовала между системами на больших пассажирских лайнерах и в Тир прилетела на таком же. Но вот обратный билет на лайнер, даже самый дешевый, позволить себе не смогла. Ингрей знала, что полетит на маленьком грузовом корабле с несколькими дополнительными каютами для пассажиров, что по пути домой будет тесно и совсем не роскошно, но она даже не подумала, как разместится в каюте с огромным контейнером. Если бы это был пассажирский лайнер, то ее, скорее всего, встретили бы члены команды и отнесли бы контейнер к ней в каюту или в грузовой отсек. Но ее никто не встречал. А сама Ингрей вряд ли смогла бы пропихнуть груз через воздушный шлюз.

Пока она размышляла, из шлюза вышел мужчина. Невысокий, серьезный, но было в его квадратном лице что–то безотчетно странное: то ли форма носа, то ли размер рта. Зачесанные назад волосы, заплетенные в десятки мелких косичек, свисали на спину. Одетый в лунги из серо–зеленой полосатой материи, темно–серую куртку и босой, мужчина в сравнении с местными обитателями, которые всегда наряжались на важные деловые встречи, выглядел весьма неформально, хотя и абсолютно респектабельно.

— Вы — Ингрей Аскольд?

— А вы, должно быть, капитан Уйсин, — сказала Ингрей. Она забронировала каюту в кассе дока Тир Сииласа много дней тому назад, еще до того, как корабль сюда прибыл. — Или лучше называть вас капитан Тик?

Когда встречаешь людей со всех концов Вселенной, трудно понять, где имя, а где фамилия, и тем более как человек предпочитает, чтобы к нему обращались.

— Как хотите, — ответил капитан Уйсин. — Вы не сообщили насчет крупногабаритного багажа, светлость.

— Не сообщила. Сама такого не ожидала.

Капитан Уйсин немного помолчал. Наверное, ждал, что она еще скажет.

— Он не поместится в пассажирском отсеке, светлость. Его нужно отправить в грузовой. Доступ к нему на нижнем уровне. Только он опечатан, и я не открою его прежде, чем увижу официально зарегистрированную опись содержимого.

Ингрей никогда не слышала о такой описи и о том, что она может понадобиться. Но опять–таки она не собиралась брать с собой багаж.

— Я не могу… Я не могу оставить его здесь. У нас есть время, чтобы открыть доступ к грузовому отсеку?

Нужно было хоть наскоро перекусить утром, подумала она. Ингрей казалось, что она стоит спокойно, но, наверное, ее рука, лежавшая на контейнере, дернулась, потому что ящик покатился вперед. Она еле успела схватить его.

Капитан Уйсин вытянул руку и остановил контейнер.

— Времени достаточно. Рейс отложен. Вы что, не проверяете уведомления? Мы пробудем здесь еще два дня.

— Два дня!

Это невозможно! Она вывела все уведомления и сразу же нашла информацию о задержке рейса, могла бы и раньше увидеть, если бы проверила личные сообщения.

«Капитан Тик Уйсин. Неизбежная задержка. В связи с текущими событиями».

Текущие события. Ну конечно! Ингрей открыла последние новости, внимательно просмотрела сообщения о дипломатической миссии Гек. Там говорилось, что расписание прилетов и отлетов изменено для обеспечения удобства и безопасности гостей. Только она не удосужилась об этом прочитать.

С таким не поспоришь, тут ничто не поможет. Даже если бы Ингрей путешествовала с Нетано Аскольд, которая часто требовала (и получала!) различные привилегии, то и это бы не помогло. И не только потому, что здесь чужая система.

Гек — представители другой расы, не человеческой. Насколько Ингрей знала, они почти никогда не покидали пределов своего мира и теперь вылетели лишь для того, чтобы урегулировать различные вопросы с другой расой, Пресгер. Раньше, до заключения соглашения, Пресгер разрушали корабли и станции людей, уничтожали пассажиров и жителей просто из прихоти. И ничто не могло остановить их. Ничто, кроме заключенного договора, который от имени всего человечества подписала правительница радчааи Анаандер Мианнаи. Видимо, Пресгер не понимали, что среди людей тоже есть разные народы, живущие в разных системах со своими правительствами, а может, им было все равно. Но как бы люди ни относились к тому, что радчааи взяли на себя такие полномочия, никто не хотел, чтобы Пресгер снова начали убивать.

Со временем Гек стали третьей стороной, подписавшей соглашение, а совсем недавно к нему присоединилась еще одна раса — Рррррр. Теперь же появилась третья нечеловеческая раса, желающая подписать договор, и Пресгер созвали конклав, чтобы рассмотреть и решить этот вопрос. Наверняка во всех отдаленных уголках космоса, населенных людьми, имелось по этому поводу собственное мнение, им хотелось знать детали, чтобы понять, как решения конклава скажутся на их будущем. И только Ингрей относилась к этому абсолютно безразлично.