Только вот в незнанках были, што за орешек их поджидает. А у Дольского в кентаврах хоть и не Вильхельмы Телиевые, но стреляют - дай Бог каждому. С двух засад по дороге повыбили почти всех главарей. От и осталась парочка, которая всю чесну компанию и подвела... Под самые ворота... Помнишь последний поворот? От как раз за им Анатоль Иваныч и поставил два бронехода, сразу всю дорогу перекрыл...

– Погоди, что за бронеходы?

– А это тебе лучше знать, твой же тестюшка на том заводе у Павлова командует.

Не понял!.. Это что, "Алис Чалмерс ин Раша" уже МС-1 слепила, или что-то в стиле Т-34-85? До Т-72, ясное дело, пока не дотянули, но надо будет глянуть обязательно...

– На что они похожи?

– Да как броневики, тока сзаду замест одного колеса несколько стоит. И этой... О, гусянкой обмотаны...
– Михалыч щеголяет новомодным словечком.
– Сверху - башня... Так шофер говорил... А в ней - пушка... Как же его... Маклинка, што ль... И льюйс рядышком.

Стоп! Павлов же когда-то показывал подобное... Несущий бронекорпус ему делали на Ижорском... А сборку, значит, у себя под боком наладил! Молодца, однако!

– И что?

– А за бронеходами наш господин ротмистр через жестяной рупор у них и спрашивает, мол, пожить ещё немного хотите? Тогда кидайте оружие. Ну, а те пока совещались, один из пушкарей под передний грузовик снарядик-то и положил. Анатоль Иваныч за это про него так сказал, я аж умилился!.. Мы, мол, эти автомобили от самой Москвы берегли, штобы потом кататься, а энтый... Ну ты знаешь, как он умеет!..

– Гриш, не томи!

– Да всё уже и рассказал, вроде... Те винтовки покидали, да кто в лес, кто по дрова. А там уже Дольского ребятки их встречают. Ну и как всегда, лапы в гору, мордой в снег. А потом обратно их пёхом гнали до самой Первопрестольной.

– А в самой Москве как всё прошло?

– Ну, у нас же голодных очередей не было, народ поспокойней был. То, што баранки с кренделями, да булки с маком запретили - невелика беда. А обычного хлеба хватало, хоть и собирались с марта карточки вводить. Фабриканты хотели на отсутствии сахара у народа сыграть, мол, угля не подвезли, стоять рафинадные заводы будут. Да промашка вышла, нашёлся уголёк-то... Но всё равно, не их, так других подбили, с Гужона, с АМО, с "Динамо". Те понаобъявляли забастовки, на улицы вышли. Песни поют, красные флаги тащуть... Сунулись было солдат агитировать, в Спасские казармы, на Покровку, в Хамовники, да получили от ворот поворот. Тогда пошагали к городской Думе рассказать властям про свои хотелки. Там уже этот... Комитет общес-твен-ных организаций какой-то успели создать, КООМом назвали. Пришли, рассказали, ещё песенок попели, вечером по домам разбрелись, штоб назавтра вновь там собраться. Даже полицейских не трогали, те им спокойный проход обратно сделали.

А назавтрева на всех углах конные разъезды, улицы перекрыты. Генерал Мрозовский, Москвою командовавший, по пожеланию Регента и телеграмме из Ставки осадное положение объявил. О чём листовками тут же все углы пообвешали. Запрет на сборища, шествия, комендантский час ввели. Хитровку аж всю окружили и облавой прошлись, такого страху нагнали!..

Воронцова товарищи задолго все места и всех активных на карандаш взяли. А в тот день и обезвредили. Да и против кого рыпнулись бы? Сомнения тока 56-й и 192-й пехотные внушали. Вот их и убрали с важных мест. А так... "Учебки" гренадёрские, а это - Фанагорийский, Самогитский, Астраханский полки, "железный" Деникинский, да Калединский сводный, рота Георгиевского батальона, кавалерийская бригада из нашего Особого корпуса, казачий полк от Хана Нахичеванского... Да, юнкера Александровского и Алексеевского училищ тож отличились, в патрулях за порядком следили. Кремлёвский арсенал, да Симоновские пороховые склады под охрану взяли, ни ствола, ни патрона на сторону не ушло. Бутырку и Лефортово блокировали, штоб все сидевшие там мазурики не разбежались...

А уж когда покушение на Регента было...
– Михалыч сразу становится мрачным и серьёзным.
– После того никто нам на глаза попадаться даже не хотел, все по домам прятались...

– Кого из наших там?..
– Голос как-то предательски дрогнул.

– Гунна и Беса... Оба - тяжёлые. Бес, скорее всего, выкарабкается, но останется увечным, а вот Гунн... Не жилец... Два ранения в живот, одна пуля насквозь через лёгкое... Они первыми ехали, на себя огонь приняли, дали остальным пару секунд спешиться и рассыпаться... Денис, когда следствия всякие кончатся, мы как-нибудь этого стрелка сможем забрать?..

– Михалыч, сам же знаешь! Вслух никто ничего и не скажет. Только конвой особо не трогайте...

– Да не-е, мы ж с пониманием... Ладно, брат, я ж здесь по официальной части. Надлежит Вам, господин капитан, сегодня в четыре часа пополудни прибыть в Аничков дворец. По указанию Его Императорского Высочества Регента Великого князя Михаила Александровича. При всех этих... Как их... Ре-га-ли-ях...

– Охренели!? Где я их возьму, блин?

– Значицца, в тоем, што есть явишься. Будешь там самым скромным. Все - по-парадному, один ты, как босяк, с Георгием на груди и Владимиром на шее. И пошто таких во дворец звать?..
– Прикалывается Михалыч.
– Хорошо, што брательник у тебя есть. Привёз я твои... регалии. И гостинцы тож. Дарья Александровна сама в дорогу собирала...

*

До сих пор не могу привыкнуть ко всем этим дворцам, уж очень они мне советские музеи напоминают. Так и кажется, что вылезет сейчас какая-нибудь бабушка-пенсионерка с одухотворённым личиком баронессы в надцатом поколении и поведёт за собой по залам, предварительно озаботившись стопроцентным обуванием экскурсантов в тапочки. Типа, - посмотрите направо, посмотрите налево. Ах, какая лепнина! Ах, какие плафоны! Ах, какие медальоны!..

В этот раз дорогу нам торжественно указывал то ли очень младший гоф-курьер, то ли очень старший лейб-лакей, то ли ещё кто-то. Никак не могу разобраться в этих чинах и званиях, да и желания никакого нет это делать...