– Точнее, поющую мышь, – поправляет Раул. Его глаза сузились. – Скажи, Клэр, что у тебя за необычный акцент?

– Я слышала, вторая половина лучше, – произносит она, чтобы отвлечь его. – Кажется, звонок?

Но Раул не позволяет ей так легко отделаться от себя.

– Кстати, о смешных акцентах. Вчера вечером я видел твоего бармена. Что ты вытворяла с ним? «Я бы не назвал секс с Клэр садистским, но когда она наконец слезла с меня, ощущение было таким, будто мне только что сделали обрезание».

Раул удачно имитирует гнусавый австралийский выговор Брайана, и его друзья льстиво смеются. Кристиан смеется тоже.

Он подходит к Раулу и берет его за плечи, словно поздравляя с шуткой, будто собирается приколоть медаль ему на грудь или расцеловать в щеки, и внезапно бьет головой по носу. Раул сгибается, словно тряпичная кукла. Откуда ни возьмись у него появляются вислые кровавые усы. Какая-то женщина визжит. Раул, стоя на коленях, склоняется к ковру, словно мусульманин на молитве. Давится. Изо рта брызжут кровь и сопли.

– Пошли, Клэр, – спокойно произносит Кристиан. – Мы уходим.

– Неприятный тип, – говорит он на улице.

– Иногда актеры бывают очень зловредными, – дрожащим голосом соглашается Клэр и оглядывается.

Следом за ними из театра вышли двое мужчин. Видя, что ей ничто не угрожает, возвращаются обратно. Кристиан поднимает руку и останавливает такси. В машине он спрашивает:

– Что этот тип имел в виду?

– Когда?

– Когда сказал, что долго не работаешь.

– А-а… – Клэр быстро соображает. – У меня возникло желание попытаться стать актрисой. Раул и его друзья быстро дали понять мне, что это нелепая мысль.

– А по-моему, превосходная, – замечает Кристиан.

– Какая?

– Играть на сцене, Клэр. Тебе нужна какая-то цель в жизни. Работая официанткой, ничего не добьешься. Поступи на актерские курсы, может быть, найди частные уроки. Внешность и голос у тебя подходящие. Угол Четырнадцатой и Третьей, – обращается он к таксисту.

– Мне платить за частные уроки не по карману.

– Платить буду я.

– Кристиан, не говори глупостей.

– Что тут глупого? Я легко могу себе это позволить.

– Ты ничего не знаешь обо мне. О нас. А вдруг я просто присвою твои деньги? Такое случается.

– Я знаю о тебе все, что мне нужно, – отвечает он. – Полное доверие, помнишь? Никаких условных слов.

– Я разузнаю о курсах, – негромко говорит Клэр. – Но не могу…

Кристиан перебивает ее:

– А почему он высмеивал твой акцент?

– Моя мать была англичанка, и акцент иногда появляется, а теперь к нему прибавился нью-йоркский, – импровизирует Клэр.

– Говорят, это означает, что у тебя хороший слух, так ведь? И с французским у тебя превосходно. Из тебя вышла бы блестящая актриса.

Они едут в молчании.

– То, что Раул сказал о том мужчине… – начинает Клэр.

– Ты не должна ничего объяснять, пока не решила, что хочешь быть со мной. С кем ты спишь – твое личное дело.

Говоря, Кристиан смотрит в окошко, и Клэр понимает, что он не хочет показывать, как сильно задет.

– Что делаешь в ближайшие выходные? – наконец спрашивает Кристиан.

– Вроде ничего особенного.

– Друзья приглашали меня в гости. У них дом на берегу моря. Думаю, нам обоим приятно будет выбраться из города.

– Ладно, – соглашается она. – С удовольствием.

– В пятницу у меня лекция в середине дня, после нее можем сразу же ехать. – Он делает паузу. – Нет нужды говорить, что я не предлагаю спать там вместе. Это решать тебе.

– Спасибо.

Клэр хочется сказать ему другие слова, дать другие объяснения, но это не в характере ее персонажа, поэтому она молчит.

– Кристиан, я хочу кое-что объяснить.

– Я слушаю.

Они сидят в квартире, пьют вино. Из проигрывателя компакт-дисков звучит что-то средневековое.

– Я рассказывала тебе, что потеряла близкого человека.

– Да. Элиота. Сказала, что его звали Элиот.

– Но не сказала, как он умер.

– Я ждал, когда ты будешь готова рассказать мне об этом.

– Он был одним из моих преподавателей. – Клэр смотрит в бокал. – Когда все раскрылось, Элиота уволили, от него ушла жена, и надежды устроиться на другую работу не было. В конце концов он покончил с собой. Подразумевалось… подразумевалось, что и я сделаю то же самое. Тогда у меня не хватило мужества, и потом я так и не смогла обрести его.