Проанализировав план по убийству Айзена, вампирша осознала, что Киллиан, по сути, отправил её и остальных на верную смерть. Сделал он это намеренно или переоценил силы своих слуг, теперь не имело значения. Стоило Уолде об этом вспомнить, как её руки тут же сжимались в кулаки. Даже проведя немало времени среди злобных разбойников, и повидав много жестокости, девушка смогла сохранить себя, и не превратиться в чёрствую злобную стерву. Кровожадность и мстительность появились после инициации и последующего насильственного превращения в вампира. Уолда хотела, чтобы Айзен не просто стёр Киллиана в порошок, превратив его в пыль под ногами, но и заставил бы гордого высшего вампира молить о пощаде. Девушка видела на что способен её новый хозяин, и верила, что ему под силу сломать Киллиана.

Увлечённая этими мыслями, вампирша не сразу поняла, что поблизости кто-то есть, а когда всё же почувствовала чужое присутствие, было слишком поздно. От ближайшего дерева отделилась тёмная фигура, напоминающая тень, и устремилась к вампирше. Уолда только и успела обернуться, перед тем как тень проникла в её тело. Вампирша дёрнулась, словно кто-то сильно ударил её ногой в живот, схватилась двумя руками за лоб, и сдавленно застонала. Девушке казалось, будто кто-то всадил ей в голову острый нож, и начал медленно его проворачивать. Боль была невыносимой, и вампирше пришлось до крови прикусить руку, чтобы не поднять крик на весь лес. К облегчению Уолды, продлилось это не больше двадцати секунд. Покинув тело вампирши, тень стремительно отступила, исчезнув так же внезапно, как и появилась. Попытавшаяся привести мысли в порядок вампирша поняла, что только что её атаковал призрак.

“Нет, это невозможно! Призраки не нападают на вампиров!” — тут же одёрнула себя Уолда.

Однако отрицать очевидное было бессмысленно. Но несмотря на то, что атака призрака её не на шутку встревожила, Уолда решила не рассказывать об этом своему хозяин. У Айзена и так хватало своих проблем — так зачем его беспокоить из-за какого-то пустяка? Знай вампирша кто и почему её атаковал, то рассказала бы обо всём своему хозяину при первой же возможности.

Прогулка по просторам демонического мира продолжалась. Минуя бескрайние огненные поля, Эллара и Дилан то и дело натыкались на мелкие группы змеек, и тварей, отдалённо напоминающих гигантских крыс с пурпурными глазами и острыми зубами. Используя небольшие сгустки света, и яркие искры, храмовница умудрялась держать на расстоянии низших демонов, хотя даже среди них иногда попадались смельчаки. Зная, что более мощные заклинания не только отнимут у неё больше сил, но ещё и привлекут внимание более опасных тварей, Эллара использовала против подобравшихся слишком близко тварей свой меч. Пара отрубленных голов и очередная порция искр слегка охладила пыл назойливых тварей.

Монстры предпочли отправиться на поиски других жертв, а Дилан и Эллара спешно покинули равнину и приблизились к мрачной аллее. Мрачного в ней было то, что по обе стороны от узкой тропинки росли высокие кровоточащие деревья, чем-то отдалённо напоминающие распятого человека. При ближайшем рассмотрении было отчётливо видно, что у деревьев есть вполне себе живые лица, причём сразу несколько. Выглядело это очень жутко и противоестественно. Когда Дилан имел неосторожность подойти к одному из таких деревьев чуть ближе, оно тут же ожило, перегородило парню проход своими ветвями, пахнущими гнилым мясом, и начало сдвигать к стволу. К счастью, Эллара успела призвать святое пламя, и превратить в пепел всю аллею.

Последствия мощной магической атаки не заставили себя долго ждать — на горизонте тут же замаячили острорукие демоны. Возглавляла группы двухголовых уродцев уродливая рогатая тварь высокого роста, при одном лишь взгляде на которую у Дилана пробежал мороз по коже, несмотря на то, что в демоническом измерении было очень жарко. Вместо левой руки у предводителя демонического отряда было уродливое багровое щупальце, а вместо правой — длинное острое лезвие, похожее на клинок. Элларе потребовалось всего несколько секунд, что верно оценить обстановку. Чувствовалась, что даже одна такая тварь представляет существенную угрозу, и что даже если она и выйдет из этого боя победителем, во что сама Эллара не слишком верила, то очень сильно ослабнет. Поэтому храмовница не придумала ничего лучше, чем создать вокруг приближающихся монстров преграду в виде ярко светящегося белым цветом кольца, махнуть Дилану рукой, и броситься бежать. Эллара точно знала, что кольцо света не сможет остановить монстров. Лишь ненадолго задержать, в лучшем случае даже легко ранить. Ей даже не пришлось объяснять Дилану, что им нужно бежать — парень и сам всё прекрасно понял без лишних слов. Практически одновременно сорвавшись с места, парочка побежала прочь от места, где ещё совсем недавно была зловещая аллея.

Изредка поглядывая назад, Дилан далеко не сразу заприметил, что после семи минут безостановочного бега, в ходе которого ему пришлось скинуть рюкзак с припасами, вязкая кожа под ногами сменилась каменистой почвой. Когда запыхавшиеся беглецы взобрались на высокий холм, путь им вновь преградила огненная река. Переводя дыхание, и вытирая льющийся со лба ручьём пот, Дилан оглянулся, и заметил вдалеке целую толпу двухголовых тварей, мчащихся в их сторону с большой скоростью. Эллара, уставшая ещё больше своего спутника, с трудом держалась на ногах. Девушка попыталась медленно и осторожно спуститься с холма, но на пятом шаге оступилась, кубарем покатилась вниз, и чуть не рухнула в реку. Остановившись в опасной близости от лавы, Эллара тут же отскочила назад, но сделала это недостаточно быстро. Как только край её плаща воспламенился, девушка попыталась сбить пламя, однако огонь разгорелся ещё сильнее, и начал стремительно продвигаться вперёд.

Подбежавший к Элларе Дилан помог девушке отстегнуть плащ, и потушил пламя, затоптав его ногой.

— Давай, поднимайся. На том свете ещё отдохнёшь! — проворчал Мастерс, помогая храмовнице подняться на ноги.

Эллара лишь коротко кивнула в ответ, но не успели беглецы перевести дух, и отбежать даже на пять метров, как что-то схватило Мастерса сзади, опутавшись вокруг его пояса. Опустив глаза, и увидев толстое пульсирующее щупальце, парень сразу же догадался кто именно его схватил, и начал брыкаться. Резко обернувшаяся Эллара заметила, как стоявший на вершине холма разнорукий демон, использовавший щупальце вместо лассо, притягивает пойманную жертву к себе. Недолго думая, храмовница метнула ему в лицо большой сгусток света, однако демон прикрыл голову рукой с лезвием, не получив никаких увечий.

Между тем, брыкающийся Дилан смог дотянуться до пистолета за поясом, когда до демона, притягивающего его к себе осталось чуть меньше трёх метров. Монстр уже занёс руку вторую руку для удара, намереваясь проткнуть грудь человека лезвием, однако снявший оружие с предохранителя Дилан трижды выстрелил по опутавшему его щупальцу. Не столько от боли, сколько от неожиданности, монстр отпустил парня, и Мастерс оказался на свободе. Стоя к размахнувшемуся демону спиной, Дилан тут же сделал резкий кувырок вперёд, едва успев уклониться от смертоносного лезвия. Эллара этим незамедлительно воспользовалась, запустив в демона десяток сверкающих стрел. Когда они вонзились в его кожу, монстр не издал ни звука, хотя боль от ранения была очень сильной. Преждевременно списав со счетов Дилана, демон попытался вновь воспользоваться щупальцем, и сбить с ног Эллару. Это оказалось большой ошибкой. Быстро прицелившись, Мастерс дважды выстрелил монстру в лицо, и одна из пуль попала ему точно в левый глаз. На этот раз демон не смог сдержаться, и издал оглушающий болезненный рёв, после которого у Мастерса чуть не заложило уши. Однако сама рана оказалась не такой серьёзной, как показалось Дилану, и практически сразу же затянулась, но секундной заминки оказалось более чем достаточно. Создав яркую вспышку, храмовница смогла ослепить порождение Бездны, а когда тот лишился зрения, воскликнула: