— Я гимнастка. — Вика обиженно вскинула острый подбородок, но затем, вспомнив, что в этом доме зависит от милости хозяина, уже нормальным голосом попросила: — Может, у вас что-то диетическое есть?

— Мне диеты ни к чему. Есть овсянка без варки, сойдет?

— Я на воде сделаю! — радостно закивала Ви.

— В верхнем ящике. — Федор кивнул на шкаф и обвел взглядом ребят. — Остальные не против лапши?

Муромец жадно сглотнул слюну и закивал. Яр бросил на него предостерегающий взгляд, ему явно было неловко злоупотреблять гостеприимством хозяина.

— Да не косись ты так, парень, — добродушно усмехнулся мужчина. — У меня продуктов с запасом, всем хватит. Там, в шкафу, налетайте. Как раз и вода закипела…

Пока Муромец с Ви накрывали на стол, хозяин кивнул Соне:

— А ты пока дровосека приведи.

— Кого? — растерялась она.

— Приятель ваш на заднем дворе дрова рубит, — пояснил хозяин. — Уже целую поленницу наколол. Разошелся что-то…

Под проницательным взглядом мужчины Соня стушевалась и невольно коснулась рукой щеки — там, где скользнул вчера вхолостую поцелуй Лиса. Хозяин усмехнулся в усы, как будто обо всем догадался, и Соня пулей вылетела вон.

На крыльце она отдышалась, умыла горящее лицо прохладной водой из ведра и отправилась на стук топора, доносившийся позади избы.

Завернув за угол, она неловко застыла. Обнаженный по пояс Лис колошматил топором дрова с таким ожесточением, словно мстил им за Сонин отказ. На голой коже, покрытой шрамами, бугрились мышцы. Один из шрамов остался от раны, которую Соня зашивала в свой первый день с лунатиками. Когда Лис увлекся ею — уже тогда или позже?

Заметив на себе ее взгляд, парень резко обернулся. Он побрился с утра, и зеленые глаза ярко сверкнули на бледном лице.

— Привет, — смущенно кашлянула Соня.

— Привет, Софи. — Лис сдержанно кивнул ей, как старому другу, и светски поинтересовался: — Как спалось?

— Хорошо. — Соня залилась краской до самых ушей, вспомнив, что снился ей совсем не Лис. И во сне тот, другой, целовал ее под звездным небом у деревенского колодца, а затем на стреле строительного крана, куда они перенеслись словно по волшебству.

Лис молча кивнул и с одного удара разрубил крепкое полено.

— Там к столу зовут, — робко позвала Соня, теребя кончик косы. — Идешь?

— Опять каша?

— Нет, лапша.

— Как в санатории. — Лис расплылся в улыбке, и Соня невольно улыбнулась в ответ. Хороший он парень, вот только сердцу не прикажешь. Улыбка застыла на губах, когда Соня заметила пристальный взгляд Лиса — казалось, он прочел ее мысли, и его глаза заледенели.

— Ты иди, Софи, — тихо сказал он. — Я сейчас.

Соня отвернулась и с трудом удержалась от того, чтобы не бежать сломя голову. Несколько шагов до угла показались нескончаемой пыткой. Вслед несся бешеный стук топора — как будто Лис заколачивал гвозди в гроб их неслучившейся любви.

Когда Соня вернулась в дом, на столе уже стояли залитые кипятком пластиковые стаканчики с лапшой. Муромец сверлил свою порцию голодным взглядом, разве что слюну не сглатывал.

— Налегай, — с улыбкой предложил хозяин, видя его нетерпение, — заварилась уже.

Муромца не нужно было уговаривать, он схватил стакан и шумно втянул в себя сразу полпорции лапши.

— Ты как пылесос! — Лис переступил через порог кухни, и Соня неловко схватилась за свой стакан с лапшой, пряча глаза.

Но Лис вел себя как ни в чем не бывало — с аппетитом налегал на еду, подшучивал над Муромцем, который попросил добавки, заглянул в чашку к Ви и высмеял ее диетическую кашу, а затем обратился к Соне, прося передать пачку крекеров. Когда Соня осмелилась поднять на него глаза, Лис смотрел дружелюбно, безо всякой обиды и укора. Как будто он стер из памяти тот катастрофический поцелуй у колодца. Во всяком случае, Соне очень хотелось в это верить. Так было легче.

Когда лапша была съедена и был выпит чай с крекерами, настало время для серьезного разговора. Хозяин обвел их тяжелым взглядом:

— А теперь рассказывайте, что вас сюда привело.

И Яр, понимая, что они обязаны мужчине свободой и, возможно, жизнью, начал рассказ о лаборатории, не утаивая ничего о деятельности своего отца. Как Полозов ставит секретные эксперименты над лунатиками, как вслепую управляет ими в лунных снах, преследуя свои цели, как настойчиво ищет лунный камень, украденный по его воле Соней из музея, и как Марк пытается выслужиться перед отцом, поймав их. Чем больше Яр рассказывал, тем больше мужчина мрачнел.