Идти через ночной лес почти километр в туфлях и без фонаря могло бы показаться кому-нибудь глупой затеей, однако никакого неудобства я не испытывал. Благодаря Владимиру, в свое время научившего меня мастерски ориентироваться в лесу и ночному зрению, это действительно была лишь приятная прогулка и не более того. Вскоре я вышел к нужному дому.

Клиника располагалась в живописнейшем месте, посреди огромной поляны. Кругом, куда не кинь взгляд шумели деревья, а полная луна, освещавшая своим бледным светом все это великолепие настраивала на слегка романтический лад. К главному зданию вела узкая асфальтированная дорога, проложенная сюда от трассы, и я только сейчас подумал, что мог бы спокойно проехать сюда на машине, если бы догадался просто поискать нужный поворот, а не топать пешком через буреломы. Ну да ладно, проветрить мозги сейчас не помешает.

Подойдя к главному входу, оборудованному красивым крылечком с кованными перилами и пандусом, я нажал кнопку звонка. Странная вообще-то клиника. Ни забора, ни ограды. Смежных помещений и строений нет совсем, да и от города далековато. Конечно, не так чтобы очень, но и не ближний свет. Нажимая на кнопку еще раз, я внимательно изучал территорию. Открывать никто не спешил и, судя по расположению аур в здании, на посту охраны, если таковой вообще имелся, тоже никого не наблюдалось. Все интереснее и интереснее. А что если немного похулиганить? Сосредоточившись, я медленно разъединил металл в защелках замка стальной двери, закрывающей мне путь, и, подцепив ее ногтями, аккуратно открыл.

Шаг вперед и передо мной раскинулся просторный холл, сейчас впрочем, совершенно пустой, и небольшая будочка охранника. Дальше от них шел широкий коридор и стойка регистрации. Еще пара коридорчиков, уходили от нее в стороны, теряясь в глубине здания за многочисленными поворотами. Хм.

Яркая аура располагалась здесь же на первом этаже. Ориентируясь на нее, как на меленькое солнышко я отправился вглубь по коридору. По бокам были двери, но палаты это или кабинеты врачей понять было невозможно — на дверях висели только номера, без каких либо поясняющих подписей.

Неожиданно та самая аура, служившая мне маяком, резко покраснела и стала расплываться. Твою мать! Это могло означать только одно, тот человек, которого я искал, уже мертв, либо умирает. Рванувшись вперед, я бегом преодолел еще несколько десятков метров и нос к ному столкнулся с охранником, стоявшим как раз возле нужного мне кабинета. Тот явно не ожидал подобной встречи, потому как выпучил глаза и, выдернув из висевшей на поясе кобуры пистолет, наставил его мне в грудь:

— Ты кто такой?!

— Спокойно мужик, — выставив ему навстречу пустые руки, проговорил я, — я из ФСБ, меня интересует…

Договорить я не успел, так как мой ответ ему явно не понравился. Выматерившись сквозь зубы он нажал на спуск. Пуля, пробив футболку на груди и кожу под ней в районе сердца, срикошетила от брони и угодила в стену. Слава Богу, что пребывая в шоке от прочитанного, я так и не догадался ее убрать. Моментально сократив разделяющее нас расстояние, я вырубил его жестким ударом в челюсть, и уже не глядя на упавшее тело, ворвался в операционную. То что это было она не вызывало никаких сомнений. Хирургический стол, люди в белых халатах и масках, специфические приборы, аппаратура и тело двенадцатилетней девочки, распластанное на этом столе. Мгновенно проанализировав обстановку я понял, что никакой операцией здесь и не пахнет. Никто в здравом уме не станет накачивать ребенка таким количеством сильно действующих препаратов, и уж вряд ли какая операция требует вскрывать человека от паха до самого горла.

— Ты кто такой и что здесь делаешь? — удивленно спросил один из хирургов, повернувшись ко мне со скальпелем в окровавленных руках. Его коллеги молча рассматривали меня, еще не сообразив, что происходит. Оперативно работают суки. Аура только-только начала развеиваться, а они уже потрошить начали.

Сунув за пояс ненужный пистолет, я шагнул вперед и двумя быстрыми ударами в определенные точки уложил двоих. Третий, тот самый, что решил позадавать мне вопросы, попытался ткнуть меня скальпелем. В ответ я безжалостно раздробил ему руку в районе кисти и вырубил ударом по шее. Как бы мне не хотелось убить эту мразь, но знать они могут очень много, и в данном случае вскрыть каналы поставки внутренних органов и заказчиков было важнее.

Стараясь не терять времени даром, я склонился над девочкой, попутно сканируя окружающее пространство на предмет неожиданного появления новых гостей. Сейчас их визит был бы весьма некстати. Так. Что тут у нас? Слава Богу, что эти уроды еще ничего не успели вытащить, а то дело бы затянулось надолго. Ничего милая, я и не таких как ты с того света доставал. Ты будешь жить, никуда не денешься. Так. Вывести из организма всю химическую гадость. Очистить почки. Зарастить рану. Срастить кости грудины. Контроль на клетки мозга и на легкие. Проверить сосуды и нервные окончания в области ранения. Запустить сердце…

Девочка резко вдохнула и открыла глаза, пытаясь надышаться. Ее испуганные глаза так и впились в меня. Она попыталась отшатнуться, но не удержалась, и упала со стола на пол, жалобно вскрикнув.

— Все хорошо! — поспешно сказал я, выставляя вперед пустые руки. Обычно этот жест заставляет человека немного расслабиться, — Я из милиции и пришел тебя спасти. Ничего страшного уже не будет, успокойся, пожалуйста.

Понимая всю нелепость данной ситуации и тот шок, который испытал, да и сейчас продолжает испытывать ребенок, я достал из внутреннего кармана корочки и, открыв, показал ей: