Блокирую ее резкий удар рукой и тут же шиплю, кость сломана, а противник моментально бьет по ногам, не давая ни секунды на размышления и двигаясь с точно такой же скоростью как и я. Ну и силища! Отключить боль, регенерация на максимум. Резко разрываю расстояние и, ногой метнув противнице стул в голову, вправляю кость. Секунда передышки, но ее хватает. Застать врасплох меня больше не удастся. Перехожу в атаку. Груд ударов сыпется со всех сторон. Ё-мое, да она почти не уступает мне в бою! Прав, ой как прав был Стен, говоря, что нам еще многому предстоит научиться… Однако, как правило, человек понимает это только тогда, когда уже поздно и умение нужно здесь и сейчас.

Фу, сразу стало легче. Теперь можно принимать удары на жесткий блок, не боясь за сохранность костей. Девушка это почувствовала практически сразу, попытавшись перебить мне голень каким-то хитрым ударом и теперь болезненно морщилась, уйдя в оборону и приходя в себя. Что милая, не нравится? Я тут тебя лечу, значит, а мне вон какая благодарность?

Несмотря на полученные травмы, бить всерьез мне не хотелось. Начинать знакомство с избиения спасенной до полусмерти как-то… неправильно что ли? Однако и оставлять нападение безнаказанным не стоит. Удары по парализующим точкам сводились на нет — регенерация у нее не уступала моей. Болевые тоже не приносили ожидаемого результата по той же причине. Единственного, что удавалось этим добиться, так это выиграть несколько миллисекунд свободного времени, однако опытный противник просто не давал ими воспользоваться. Вот и приходилось рубиться по старинке, используя вместо аккуратных шпажных уколов, грубую но действенную технику меча.

Через бесконечно долгие двадцать секунд, я сидел на обломках шкафа и, держась за сломанные ребра, боялся вздохнуть. В последней атаке ей все-таки удалось пробить мою защиту, сломав себе при этом руку и пропустив мощный удар в челюсть. Резко потерявшая интерес к происходящему противница, сейчас сидела под стеночкой и пыталась собрать глаза в кучку, от дополнительного удара бетоном по затылку. Я же в свою очередь, болезненно морщился, чувствуя как пробивший селезенку обломок ребра, медленно выползает из поврежденного органа и пытается встать на место. Видя, что девочка тоже потихоньку приходит в себя я выставил вперед пустые руки и пошел на контакт.

— Так, давай попробуем начать все с начала, — проговорил я, сидя на полу прямо посреди разгромленной квартиры, и чувствуя, как тело медленно приводит себя в порядок, — меня зовут Дима.

— Асерана, — буркнула девчонка. Да, видать ей тоже не хило досталось, — кто ты такой, и почему я здесь?

— Начну сначала. Я обычный человек, и ты сейчас находишься у меня дома. Живу я в Красноярске, это такой город в России.

— Я знаю города своей Родины, — полыхнула глазами она, — и не надо сокращений.

— Каких? — удивился я.

— Говори Российская Империя, а не Россия! Это знают даже неграмотные крестьяне!

— Империи давно уже нет, — покачал головой я.

— Что?!

— Так, давай не будем волноваться. Ты сейчас просто помолчишь и спокойно меня выслушаешь, а уже потом задашь все интересующие тебя вопросы. Судя по твоим удивленным глазкам, спала ты довольно долго. Идет?

— Хорошо, — скрипнула зубами девушка, — я тебя слушаю.

— Где ты находишься, мы уже выяснили. Теперь о том, как ты здесь оказалась. Нашел тебя я. Дело в том, что мне иногда снятся сны о своих прошлых жизнях, а точнее о последних их минутах. Не спрашивай, почему и как, я сам этого не знаю, но факт остается фактом, это действительно так.

— Ты что, буддист?

— Нет, православный.

— Тогда почему ты веришь в реинкарнацию?

— Я не верю, я говорю о том, что есть на самом деле и что со мной происходит. В одном из таких снов я был с тобой, тогда меня звали Кирилл.

Она вздрогнула.

— Я не знаю, был ли я им на самом деле, но судя по всему, это действительно так. Во всяком случае, в своей предпоследней жизни так меня называли. Меня так называла ты, — пояснил я, видя ее непонимающий взгляд, — я помню то, что видел он, и о чем вспоминал в последние полчаса своей жизни.

— Этого не может быть… — прошептала она.

— Это есть, — покачал головой я, — он отдал за тебя жизнь той ночью, когда ты приехала с Бориславом на встречу с главой клана Кустодиан.

— Ты не можешь этого знать! Ты обычный смертный! — вскочила на ноги она.

— Я этого и не знаю, я это видел.

— Кто еще в курсе того, что знаешь ты? Я имею в виду кто я такая.

— Только я, — я невозмутимо пожал плечами, — но убивать единственного свидетеля не советую — второй раз так легко меня подловить тебе уже не удастся. И стараться тебя не покалечить в этот раз я не буду.

— Я и не собиралась, — слегка успокоилась она, — но если ты не бессмертный, тогда кто же ты? Ты человек, от тебя пахнет человеком! Но эта сила, это скорость… ты ничем не уступаешь в бою мне, высшему вампиру! Как такое вообще возможно?!

— А вот на этот вопрос я тебе ответить не могу, надеюсь, такой термин как государственная тайна тебе знаком?

— Более чем.

— Тогда ты меня понимаешь.

— Расскажи мне о нем… расскажи мне, что было той ночью. Я почти ничего не помню.