— Да я просто ошеломлена. Это как «американские горки»: то вверх, то вниз… Подождите, сейчас я приду в себя. А как же моя учеба?

— Ну, если диплом для тебя так много значит…

— Да, очень много.

— Тогда учись. Откладывай деньги, которые заработаешь у Липтонов, и поступай. Конечно, я понимаю, это не Манхэттен, и тебе не придется возить коляску по Пятой авеню,как ты мечтала, но я и не собираюсь уговаривать тебя забыть эту мечту. Просто мне кажется, эта работа приблизит тебя к осуществлению мечты куда быстрее, чем беготня с тарелкам в каком-то паршивом ресторане. У тебя будет настоящая практика; кроме того, она позволит тебе накопить ценный опыт. А если ты все же захочешь вернуться в Нью-Йорк, у Липтонов там есть большие связи…

Джессика провела ладонями по лицу и тихонько засмеялась. Правда, смех был немного нервный.

— Но это очень страшно… Откуда у вас такая уверенность, что я справлюсь?

— Не беспокойся. У тебя все получится. Он придвинулся ближе и погладил девушку по спине. Джессика закрыла глаза, чувствуя, как в нее вливаются его тепло и нежность. Боже, как было бы чудесно, если бы Кристофер позволил этой дружеской близости перерасти в то, что было у них во время уик-энда…

— Итак, — сказала она, чинно сложив руки на коленях, — теперь рассказывайте подробно обо всем.

— Подробно… Сначала о доме. Он тебе очень понравится. У них один из самых больших домов в городе. Места в нем столько, что у тебя будут отдельные апартаменты. Прапрадед Майкла был владельцем горно-обогатительных заводов еще во время…

Джессика положила руку на колено Кристоферу.

— Постойте… Ну-ка, еще раз… — Она была в панике. — Я что, буду жить у них?

— Ну конечно. Разве это не одно из твоих условий?

— Совсем не обязательно. Иногда няня приходит на день.

— ‘Но Дора ясно дала понять, что ей нужна няня, которая бы постоянно жила в доме.

Джессика сидела очень тихо, переваривая ужасную новость.

— Ох, Кристофер…

— Я понимаю, — негромко ответил он. — Но ведь ты всегда говорила, что хочешь жить самостоятельно. Разве не так?

Конечно так. Почему же мысль о том, что ей придется уехать отсюда, приводила ее в ужас? Она должна радоваться, а не думать о том, как ей будет не хватать Кристофера. Рассыпаться в благодарностях, а не глотать слезы.

— Это всего в четырех кварталах отсюда, котенок. Если тебе что-нибудь понадобится, я буду тут как тут.

Джессике очень хотелось верить ему. Боже, каким счастьем было бы рассчитывать на поддержку такого надежного человека, как Кристофер… Но у нее слишком печальный опыт. На самом деле это было началом конца. Люди входят в твою жизнь, и потом исчезают. Это так же естественно, как морской прибой. Все уходят. Даже тот, кто любит тебя. А у Кристофера для этого больше причин, чем у всех, вместе взятых…

— Ну что ж, спасибо, — неуверенно ответила девушка. — Спасибо за все — за гостеприимство, за новую одежду, за поездку в горы… — У нее прервался голос.

Удивленный, Кристофер повернулся к Джессике, взял ее лицо в ладони и взглянул в глаза.

— Спасибо за уик-энд…

У Джессики, которая всегда гордилась выдержкой, комок подступил к горлу. Взгляд синих глаз Кристофера словно проникал ей в душу, с каждой долей секунды устремляясьвсе глубже и глубже.

Джессика кончиками пальцев дотронулась до его подбородка. Боже, как она любила этого человека! Она не хотела этого и была уверена, что Кристофер рассердится, если узнает правду. Но когда-то где-то она совершила ошибку, попала в ловушку и теперь погибала от любви.

— Кристофер…

Она не слышала собственного голоса, но зато Кристофер слышал все. Его губы тотчас приникли к ее рту. Поцелуй был тихим и нежным — как раз таким, какого жаждала девушка в эту минуту.

— Мы с тобой очень плохо поступаем, и ты знаешь это, правда? — шептала она, не отнимая губ от его рта.

— Хуже не бывает, — шептал он в ответ.

— Мы же решили больше никогда этого не делать, — виновато произнесла Джессика.

— Я помню, — отозвался Кристофер. Но уже мгновение спустя они забыли обо всем, слившись в крепком, страстном поцелуе. Джессика никогда не испытывала ничего подобного. И в эту минуту ей нужен был именно такой поцелуй.

Джессика приникла к Кристоферу с отчаянием человека, которого никогда не любили, словно из отчаяния разгорелся огонь страсти, которого она была лишена в прошлом и не надеялась испытать в будущем. Пылавший в обоих костер бросил влюбленных на диванные подушки, и Джессика впервые почувствовала на себе тяжесть сильного мужского тела. Но она забыла обо всех страхах и целовала Кристофера со все возраставшим пылом. Губы девушки раскрылись, уступая настойчивому языку, и Кристофер не смог сдержать стона.