– Согласна, - кивнула инопланетянка.
– Я распоряжусь, чтобы после проверки дворов всех аборигенов согнали строить брустверы для "улыбок" и пулеметные ячейки вокруг села. Пусть копают. Кое-что сделать до темноты успеем. Если твари решат напасть, им нужно время собраться в стаю и добраться сюда. Успеем подготовиться.

Когда окончательно стемнело, Илья сидел на скамейке рядом с домом деревенского старосты и хлебал из алюминиевого котелка кашу из концентрата с тушенкой, поглядывая на незнакомые звезды. Где-то там, на орбите, кружился объединенный флот, навигаторы сидели в рубках звездолетов перед голографическими экранами. Славя, наверное, проводит очередное совещание. А он тут, как крестьянин три века назад, ест прямо с костра, чему весьма рад. Или крестьяне в печи готовили? Не помню... Хороша каша, но еще лучше было бы съесть яишенку с пылу, с жару, да с салом. Это вам не сублимированные полуфабрикаты лопать, запивая водичкой из рецикла. Но пока воздержимся, пусть на орбите разберутся с полезностью местных продуктов. Необходимые пробы у лисьеухих уже реквизированы.

– Приятного аппетита командир, - Ллейда, как истинный мастер-нож, появилась незаметно.
– Поздно ужинаешь, остальные, кроме нас двоих, давно поели. Можно к тебе присоединиться?

– Валяй.
– Илья подвинулся на скамейке, освобождая место для главной разведчицы батальона. Ленааа со своим котелком села рядом и сноровисто заработала ложкой.

– Какие новости?
– не удержался от вопроса парень, когда котелок девушки показал дно.
– Ты же вроде на допросе была? Мы со Сфео только что закончили оборудовать позиции, я не в курсе подробностей.

Ллейда с удовольствием облизала ложку и поставила пустой котелок рядом.

– Интересно получается, комбат. Все прямо один к одному сходиться с нашей задачей. Постараюсь кратко передать суть того, что мы вытащили из старосты и его сыновей: эта деревня и еще несколько сел и хуторов в окрестностях, платят дань некому Одонату. Кто это или что это мы так толком и не поняли, воочию его никто не видел. Одонат командует змеями, которые крестьян вообще-то не трогают, пока дань выплачивается. Ему нужно зерно, овощи, всякая живность, некоторые лесные травы, ягоды, какой-то "сладкий белый камень". Если все нормально, то змеи добрые. Если Одонат недоволен, то змеи съедают или утаскивают с собой парочку аборигенов, аборигены тащат ему еще дани и снова все хорошо. А живет Одонат...

– В руинах, которые нам надо бы посетить, - закончил предложение Илья.

– Именно, командир. Сейчас местные перепуганы до чертиков. Змей трогать нельзя, за это Одонат страшно разгневается и всех немедленно покарает.

– Понятно, - кивнул Илья.
– Ллейда, все бы хорошо, но огнестрел у местных в картину не вписывается. Ружья хорошие, явно заводская сборка, но конструкция совершенно незнакомая. Откуда?

– Выяснили, Илья. Все глобальнее, чем кажется. Одонат занимается не только рэкетом, но и чем-то вроде торговли. Кроме того, одонатов на Ковчеге много. Одонат этой деревни иногда на месте сбора дани оставляет лимонного цвета порошок, который помогает больным. Предположительно антибиотик. Одонат в соседнем районе время от времени дарит огнестрел и боеприпасы, одонат приморского района дает аборигенам хорошие мотоблоки и лодочные моторы в сборке с энергобатареями. Всем этим местные торгуют уже друг с другом. Целая экономическая система, с которой еще разбираться и разбираться... Но для нас сейчас главная проблема - гнев местного Одоната. Местные бояться, что змеи вот-вот приползут сюда и перебьют их всех. Еще они опасаются остаться без лекарства, которое дает им хозяин, это их главный экспортный продукт.

– Тем не менее, работали на нас лисьеухие сегодня на совесть, - заметил Илья.

– Они теперь надеются на нас, - улыбнулась Ллейда.
– Мы не оставили им выбора.

– Ладно, утро вечера мудренее. У нас со Сфео к встрече гостей все готово. Как твоя разведка?

– Бойцы бдят комбат, посты выставлены.

– Тогда пойдем спать. Чтобы не случилось, несколько часов отдохнуть надо. Завтра может быть непростой день.

– Комбат вставай, - Сфео аккуратно потрясла Илью за плечо перед самым рассветом.
– Кажется, сейчас начнется.

Центурион открыл глаза и пару секунд приходил в себя, прогоняя остатки сна. Спал он одетым, поэтому, решительно оторвав голову от подушки, Илья сел на лавке, стоявшей у закрытого ставнями окна, и сразу потянулся за прислоненным к изголовью автоматом.

– Множественные цели у опушки леса, - тихо сказала помощница.
– Снао их ведет, - показала она рукой на славю из третьей роты, специалиста по биоэнергетике. Сейчас та сидела за столом в хозяйской горнице перед стоявшим на дубовой столешнице массивным прибором, соединенная с ним наушниками и датчиками с проводами, закрепленными на ее косе. Перед глазами девушки таинственно светился синим голографический экран.

– Примерно три десятка крупных организмов в состоянии бодрствования, - сосредоточенно сказала Снао, продолжая вглядываться в экран и прислушиваясь к каким-то собственным внутренним ощущениям.
– Масса отдельных особей до двух тонн, мозговая активность высокая, энергетический след не знакомый.

– Передать координаты пулеметчикам и расчетам импульсников, - тут же отреагировал комбат. Огнеметчикам бегом к околице. Боевая тревога.

– Есть, - отрапортовала Сфео и сразу переключилась на связь по батальону, отрывисто отдавая приказы. Много времени это не заняло, к чему-то подобному бойцы были готовы.

– Всем приготовиться. Как только они начнут движение к деревне - огонь на поражение без моей команды, - отдал приказ центурион.

Илья мысленно подозвал симпанток и, открыв дверь, выглянул на улицу. Во дворе уже ждало с оружием наизготовку его отделение. Едва освещенные неярким рассеянным светом фонаря бойцы были еле видны в темноте за пределами крыльца. Аборигены решили эту ночь провести в подвалах, так что разбираться с противником бойцам его батальона придется самим. Крестьяне не воюют, проливать кровь - дело господ. Нормальная средневековая логика. Которая обрекает землепашцев на смерть, если война идет не за налоги с подданных, а на истребление.