– Вы единственный человек, женатый на славе, - добавил парень.
– И наш командир. Если вы нам не поможете, то никто не поможет.

– Понятно, - вздохнул Илья. Что же, это было немного предсказуемо.
– Садитесь, вот сюда, берите ручки и бумагу из пачки. Будем писать официальный документ. Отговаривать вас как я понимаю бесполезно, все уже решено?

– Да господин центурион. Что нам писать?
– Ответила за двоих славя.

– Рапорт об отношениях. Слайна может писать на своем языке, если по-русски пока трудно. Но сначала послушайте старого женатика и первопроходца, дети мои. На Славе по имперским законам я не женат. Могу паспорт показать, если не верите. В гражданском кодексе империи сказано, что брак может заключаться только между мужчиной и женщиной. И точка. Про инопланетянок там пока ничего нет. По обычаям славей тоже не все так просто. Славя под наш с ней случай такой закон пробила. А после нашей эвакуации на орбиту аристократки его отменили, как и все ее нововведения. Хотя не имели права отменять без воли матриарха. Вот такая правовая коллизия, понимаешь. Так что поженить вас трудно. Но можно написать рапорт.

Илья посидел с минутку, пытаясь точно сформулировать текст заявления.

– Давай, Семен, пиши: Я, Пермяков Семен Александрович, настоящим заявляю, что состою во взаимных отношениях со славей Слайной из клана красного листа. Наши отношения основаны на взаимной любви, уважении и доверии. Сообщая о наших отношениях, я не преследую для себя какой-либо выгоды, а лишь реализую свое неотъемлемое право любить и быть любимым. Я осознаю свою ответственность перед Слайной, Империей и матриархом всея Славии, а так же меру последствий для меня лично, проистекающих из этого заявления. Под няшем не нахожусь, о метке хозяйки предупрежден. Число, подпись. Слайна, ты пишешь то же самое. Только в конце немного по другому: няш к Семену не применяла, о метке хозяйки предупредила.

Инопланетянка заметно покраснела. Применяла она няш, не удержалась. Но "няша" она посредственная, Илья это чувствовал. Кроме того, Семен знал куда шел, а при должной воле няшу противостоять можно, Илья это по себе знал. Так что будем считать, все произошло по любви и взаимному согласию. Ха-ха.

– Метка уже стоит, - покраснев, сказал Семен, выводя круглые строчки.

– Я тебя за язык не тянул, - покачал головой Илья.
– Но раз ты сам сказал, то поздравляю с лишением девственности, боец. Теперь давайте об ответственности. Документ, как вы понимаете, официальный донельзя. Командование империи и гражданские власти будут его учитывать. То же и со славями, верными матриарху. У вас появиться ряд прав: вас постараются не разлучать без крайней необходимости, при отмене казарменного положения разрешат жить вместе, вы сможете вдвоем появляться в имперских городах и, если дело до этого когда-то дойдет, в городах Славии, у вас будет право на общую собственность, воспитание ваших детей, если таковые будут и так далее. Но в ЗАГС с какой-нибудь Людой или Машей, ты, Семен, уже не ходи. Неприятная история получиться, не советую. Дальше: империя уже не считает тебя вполне своим, это отмечается в личном деле. Высокие посты на госслужбе, работа с гостайной, хорошая карьера в империи на Земле, скорее всего для тебя закроются. Ты уже не русский. Но и не славя. Ты теперь для русских не однозначно свой, а "наш со славями общий". Как я, например. Пока у нас со славями все хорошо и должно стать еще лучше. Но жизнь есть жизнь. Понимаешь, на что ты идешь?

Семен ощутимо побледнел. Перспективы для молодого сына императора Илья открывал невеселые.

– Я могу порвать рапорта, - мягко сказал Илья, видя его терзания.
– И будем считать, что всего этого не было. Я не говорю расстаться со Слайной, я говорю: давай порвем рапорта и вы возьмете время подумать еще. Потом снова напишите, если не передумаете.

– Нет, - твердо сказал офицер. На его лбу выступили мелкие капельки пота, хотя в кабинете было не жарко.
– Забирайте рапорт, господин центурион. Слайна для меня важнее...важнее карьеры и всего остального. Мне без нее все равно жизни нет.

– Слайна, к тебе все тоже самое относится в полной мере, только со стороны матриарха, - добавил Илья.
– Ты уверена, что, несмотря на это, хочешь связать свою жизнь с Семеном? Не хочешь взять время подумать?

– Нет, господин центурион. Я его люблю.

– Значит, быть посему.
– Илья взял два исписанных листка и положил их к себе в ящик стола. Поздравляю, хотя следовало бы вам посочувствовать. Примите свадебный подарок от комбата: даю вам увольнительную в нейтральную зону на сорок восемь часов. Время пошло. Не теряйте его зря, молодежь.

– Благодарю вас господин центурион, - первой пришла в себя Слайна.
– Я горжусь службой под вашим началом.

– Спасибо вам, - робко молвил Семен.

– Идите, гуляйте. Не за что благодарить.
– Илья грустно посмотрел на закрывшуюся за парочкой дверь. Что-то подсказывало ему, что это не последний рапорт об отношениях в его батальоне.

Дата отлета стала окончательно известна Илье в марте. Двадцать седьмого мая их батальон должен будет погрузится в транспортный звездолет славей "добытчик" и отбыть вместе с союзническим флотом в систему Славии. Матриарх оставляла больше половины своих подданных на Земле для обслуживания базы и работы на орбитальной верфи. Взамен она собиралась пополнить ряды переселенцев, забрав часть своих сторонников с материнской планеты. Славя была уверена, что у нее найдутся слова и аргументы для приведения в чувство мятежных аристократок. Илья в этом не сомневался. Три звездолета главного калибра Славей, два рейдера Ленааа, два крейсера землян: тяжелый крейсер "Обреченный" и недавно введенный в строй легкий крейсер "Коршун", на кого хочешь наведут оторопь и заставят себя уважать. Это еще не считая транспортов.

На орбите Славии к ним должны были присоединиться транспорты Ленааа с колонистами и оборудованием и уже затем объединенный флот отправиться в систему Ковчега. Предприятие затевалось серьезное.

В батальоне дела шли неплохо. Идеала, конечно, достичь не удалось, но люди, слави и ленааа сработались. Во всех смыслах. Никаких особенных проблем во взаимоотношениях цивилизаций не выявилось, скорее наоборот: число парочек, написавших рапорта об отношениях перевалило за третий десяток. Из них, между прочим, семеро ленааа. Скромные и тихие мастер-ножи успешно находили общий язык с офицерами без всякого няша, дело шло даже быстрее чем между людьми и славями. Как это аукнется в будущем, Илья представлял себе смутно. Как бы его батальону не понести в скором времени первые не боевые потери. Но пока случаев беременности не было. Это Илья знал точно, все-таки его бойцы проходили ежемесячные медосмотры.

Первого мая, когда во всей империи народ традиционно открывает новый весенне-летний сезон, Илья решил устроить выходной с традиционным пикником для всего батальона. Пусть его бойцы перед отлетом запомнят, как следует Землю. Пусть им вспоминается в тесных отсеках звездолета общий праздник в самое веселое время в году, когда листва на деревьях еще молодая и свежая, природа проснулась и полна надежд, солнышко ласковое, а небо голубое.

Идею приняли на ура. Слави решили приготовить на всех свою традиционную весеннюю похлебку "олспаш", а офицеры-земляне и присоединившиеся к ним мастер-ножи объявили батальонный конкурс на лучший шашлык. В каждой роте и даже взводе был свой, единственно правильный рецепт, командиры взводов специально отпрашивались у Ильи для того чтобы съездить за мясом. И, как подозревал комбат, не только за ним одним. То есть, конечно, он сам вместе с заведующей столовой утвердил закупку алкоголя в размере десяти бутылок легкого вина на взвод и запретил приносить спиртное с собой. Но мы же все понимаем, не так ли? Если его офицеры не купят водки, а разведчицы ленааа не смогут скрытно доставить ее в расположение, то грош цена всему его воинству. Пусть в атмосферу праздника добавиться сплачивающая коллектив легкая нотка интриги и состязательности.