Если концептуальные вопросы не поставлены, то и подавно на них не будет ответа. А без творческой ориентировки мышление превращается в глумление. Но за такую профанацию нужно заплатить 25 миллиардов долларов. Это даже не кормушка, это грабёж! А вот как на это реагируют те, кто содержит ловких учёных.2

Уважаемый (Анисимов — А. Р.) Владимир Николаевич! Наука, как Вы знаете, в отличие от религии, например, или демагогии основана на подтверждении теоретических рассуждений экспериментальным фактом. В Ваших же заявлениях и выводах, которые можно встретить в статье «Канцерогенез и Старение» по поводу природы нашего старения больше просматриваются общие рассуждения, предположения и личные пожелания, но не теоретические находки, подтвержденные опытом. «Старение не запрограммировано, а есть побочный продукт реализации генетической программы развития … и поэтому старение возникает с закономерностью, свойственной генетической программе». Комментарий: Ваши предшественники И. Мечников, А. Богомолец и другие геронтологи убедительно указывали на внутренние органы как на первопричину старения. Состарились они, умерли, не подтвердилось. Справедлив вывод — природу старения они так и не поняли. Вы так же уверенно заявляете о генетической программе старения, о её реализации, некой закономерности, побочном продукте и т. д. Радует Ваша убежденность. Но на чём, простите, она основана: есть ли экспериментальные подтверждения? И, опять простите, что это за побочный продукт? И сколько их, этих продуктов? Может Вы все же конкретно укажете первопричину старения, направление его развития, его механизмы, приведете экспериментальные факты, подтверждающие Ваши теоретические выводы. И будет видно, правильно Вы понимаете природу старения или нет. Ваша ссылка на Библию как на недостижимый пока для российских геронтологов 120 — летний стандарт продолжительности жиз- ни человека может другие народы просто обидеть — есть у них и получше примеры продолжительности. (vchuprin — комментарий к статье Анисимова В. Н. на сайте http//moikompas. ru.)

Помимо энтузиастов геронтологической словесности имеется направление воинствующей конкретики.40 Вот, например, подход к старению академика Скулачёва В. П…. В мировой науке уже 30 лет существует общепринятый термин «ионы Скулачева». Кислород — сильный окислитель, который позволяет сжигать продукты питания и получать в клетках энергию. Но кислород двуличен и таит опасность. Токсичные формы кислорода, радикалы, способны проникнуть сквозь клеточную мембрану и в доли секунды портят гены, которые эволюционировали миллиарды лет. Клетка облада–ет механизмами защиты, но иногда она отказывается защищать себя, совершает харакири. В природе существует механизм добровольной смерти: опоптоз, который включается в тот момент, когда клетку надо исключить из процесса размножения. Старение — программа, заложенная в гены природой. Но её можно вывести из строя и тем самым выключить механизм, сокращающий жизнь … Лукавая научная стратегия: выследить, прицелиться, убить. А точнее: зацепиться умом за случайную закономерность, напустить на неё вдоволь профессионального тумана и … запустить таблеточный конвейер. Всё! Трюк задуман и осуществлён. Обществу представлена серия локтевых приёмов на подступах к кормушке. В самом деле, клетка миллиарды лет в условиях жесточайшего окружения искала пути выживания и нашла один из механизмов, названным случайным наблюдателем ввиде человека опоптозом. Наличие такой находки делает клетку жизнеспособной, т. е. найденный вариант поведения даёт ей возможность так организовать личное поведение, что будучи следствием ей неизвестной причины, она всё же оказывается способной выполнять роль звена в беспредельной цепи развития существ. Конечно, клетку стоит пригвоздить к позорному столбу за то, что она всё же не удосужилась предусмотреть появление в её далёком будущем учёных–взломщиков, которые ценой её жизни станут строить своё благополучие. Однако умная клетка, видимо, встречала похожее насилие и в клеточной среде, потому приготовила ловушку для дерзких, но не … При всяком ущемлении её предначертанного пути роста она начинает интенсивно делиться с одновременным изменении своей структуры в направлении резкого отличия от собственного окружения. Это месть клетки за принуждение её к досрочной смене области воплощения и связанными с этим страданиями. Клетка — это персона, личность, индивидуальность со своим планом развития. Любые отклонения от своего пути приводят к гибели не только уклониста, но и ту ветвь, с которой клетка связана причинными отношениями. Клетка — не столько наполнитель ткани, органа, тела, сколько коллега по оразумлению. Различие лишь в пройденном отрезке линии восхождения. Если она находится в линейно–нулевом междумерье, то люди — в плоско–кубическом. Но законы развития у неё и у людей одинаковы. Представим, что существам более развитым, чем мы, вздумалось бы убрать от человека потребность спать. И если бы, например, кваромовцы поставили такую задачу, то решили бы её непременно. Но сразу же с их достижением исчезла бы прослойка мироздания, представленная в виде людей. Вслед за ними исчезнут и сами кваромовцы, ибо они есть мы в будущем. Волна разрушения прокатится по всем мирам, уничтожая принятое бытиё. Во имя чего? Что было сделано такое великое, чтобы за него стоило заплатить гибелью того, на отладку которого потрачена вечность? Этот вопрос лежит в основе сущего. Таковы издержки процесса индивидуального развития, ведь каждому из сонма оразумляющихся кажется, что именно он находится на вершине разума и со своей малой высоты стремится переделать мир по–своему пониманию. Начинается улучшательная истерика, наиболее рьяно проявляющаяся на людском перегоне. И если бы действительно можно было бы переиначивать мир, то он не состоялся бы никогда.

Но он есть, значит, найдена защита от посягательств малого ума. Суть её выражена в запрете непосредственного влияния сознаний между собой. В эпизоде «ионы Скулачева» предпринята диверсия против клетки: прямое вмешательство в содержание и форму существа, ибо внешнее воздействие нацелено на разрыв естественных связей частей целого клеточного организма и уничтожение процедуры развития через устранение возможности делиться. По сути это смертный приговор. В условиях замены среды обитания до полного противопоставления причинным связям, клетка в состоянии агонии начинает потреблять то, что создали «ионы». Но оно непригодно для соответствия собственному плану развития самой клетки, потому она, потребляя то, что есть в её среде, начинает перерождаться. Анисимов и другие знатоки молекулярных основ старения назовут такое удушье клетки хлёстким термином — канцерогенез, т. е. раковая перестройка. А если так, то мы её сейчас … В этот момент на рукотворную болезнь срываются в атаку легионы знатоков опухолей. Все они расходуют свои жизни на спасение тех, кто по неверию в себя и с верой в силу науки создали невыносимые условия для пребывания клеток в их организме. Это они соблазнились рекомендациями отравляющего питания, загрязняющими приёмами очищения, аптечным здоровьем, сексуальным допингом и прочими коммерческими приманками под видом особой полезности и превратили внутреннюю среду своего тела в область, опасную для проживания клеток. Плоть стала загнивать. Страшно ли это? Опасно ли это? Ответ — выгодно!

Людей и так непозволительно много, а если с уходом каждого да ещё получить прибыль? Это ли не деловая лихость? Можно ли предположить, что Скулачёв не осознаёт своих поступков, обманывая и без того обиженных людей свалившимся недугом? Нельзя! Если не понимает, тогда это не учёный и ему светит дальняя дорога. Если же понимает — это преступник и тогда отсвет дальней дороги ляжет на всё естествознание. Вопрос назрел и его следует решать, ибо наука уже давно инвертировала своё предназначение: из познающего направления превратилась в репрессивную отрасль.

При намерении причислить клетку к зачинщикам старения как нужно поступить? Прежде всего выделить эталонную клетку и выяснить параметры, состав и свойства среды, её окружающей. В соответствии с законом индивидуального развития, каждая клетка есть неповторимая личность. Значит, эталонных зарисовок должно быть столько, сколько в состоянии охватить исследователь. Более того, выяснение, или иначе: измерение, это процесс, зависящий от развитости экспериментатора, потому сегодняшние данные уже завтра будут сомнительными и так вечно. Такое замечание должно охладить пыл энтузиастов в стремлении сразу познать суть бытия клетки или любого иного существа. Следовательно, опираясь на материю–плоть–форму невозможно достижение состояния победы над недугами, проистекающими из телесности, в том числе над болезнями и старостью. Можно лишь составить представление об особенностях объекта, исходя из познавательного подхода, выработанного на момент интереса. Но этого не только не мало, а даже весьма много, ибо ничего иного учёному не дано. И после того, как работа по изучению идеальных условий жизни клеток будет завершена, можно вздохнуть: всё, дальнейшее усиление–оздоровление клетки в рамках непосредственного обращения лишь к ней самой исчерпано. Тогда, выяснив отклонения среды от эталонного состава, можно путём приведения её к норме способствовать возврату самой клетки в её энергичное положение. И только при этом состоянии на клетку не обрушатся наказания со стороны организма, поскольку тому не придётся претерпевать дополнительных перестроений для ликвидации разбаланса общих причинных отношений.

И если удастся осознать–охарактеризовать среду обитания клетки, то о чём это свидетельствует? Всего лишь о том, что создана она совместно той общей структурой, в которую клетка входит на правах части, и самой клеткой. Всё внесенное клеткой — это отходы, мусор, загрязнение, экскременты. Может ли она отравляющие завалы убрать самостоятельно? Никогда, это невозможно. Однажды попав в среду, при любых дальнейших превращениях лишние вещества изменят лишь структурную форму, но лишними они останутся навсегда. И т. к. связь между общим и частью происходит через среду, то по мере отравления связующего канала причинные отношения сначала ослабевают, затем деформируются и наконец, разрываются. Наступает смерть части–клетки, части–человека, части–планеты … Агония отмирания поражает бытиё.

Как эта задача решена в природе? Согласованность развития, отображённая в принципе составности, предусматривает согласованность в использовании отходов. На протяжении вечности отрабатывался процесс потребления таким образом, чтобы остатки, т. е. неиспользуемый продукт, в обязательном порядке был потреблён кем–то другим. При таком подходе загрязнение отсутствует, а среда приобретает стабильные параметры. Значит, потреблять следует не что–либо произвольное, а только то, что присуще виду. Виду так же присущ определённый организм. Сочетание своего продукта и своего организма даст неядовитые выделения, пригодные для полного круговорота веществ. Но на человеке природа споткнулась.

Возомнив себя венцом, целью и центром, он принял в потребительский оборот нетиповые продукты и получил недопустимые отходы. Для возврата их в последовательность роста не оказалось того, кому они пришлись бы в качестве продукта потребления. И сам факт отсутствия такого интересанта свидетельствует о ложном движении популяции. Страдать будут двое: планета и популяция. Но планета, как общая структура по отношению к людям, имеет множество других частей, потому она, даже уничтожив загнивший орган, выживет, хотя и станет более разгневанной своей ошибкой. А вот человечеству, погрузившись в изменённую среду, придётся переродиться по образу раковой клетки, чему не счесть примеров.