Колонна продолжила свой путь. Продвигаясь по выпуклым твердым островкам, машины верно приближались к назначенной цели. Каждый шаг был подобен последнему. Никто не знал чего ожидать после него. Земля то прогибалась, то была тверда как бетон. Иногда ступни боевых роботов утопали на полметра в темную и странную жидкость, и засасывались в тягучее болото, но силой механических и силовых установок вновь вырывались из его цепкой хватки.

Вода была повсюду. Она окружала нас и обступала со всех сторон. Если раньше, всего каких-то пару сотен метров назад твердая почва приличным куском расстилалась перед нами, то теперь это был маленький продолговатый отрывок шириной всего в полторы ширины "Зубра". Место для маневра катастрофически не хватало и машины двигались почти нога в ногу.

Вскоре колонна на минуту остановилась.

– Что случилось, Рик?
– спросил Ливанов, включив дополнительные прожектора на своей машине.

– Мы на месте, старик. Согласно плану и занесенным данным в бортовой компьютер, мы должны были уже давно встретить противника или по крайней мере слышать выстрелы с соседних атакующих направлений.

– Надо связаться со штабом.

Я переключился на защищенный канал и попытался вызвать командный центр.

– Генерал, это Рик Граубар. Мы на месте, но здесь ничего нет.

Тишина. Канал ответил лишь мерзким шипением и непонятными помехами. Я повторил попытку.

– Ставлю свое жалование, что этот гад Лангард специально завел нас в самую непроходимую часть этих топей, чтобы наконец избавиться от всех разом.
– Майнагос раздраженно проревел в эфир.

"Да, все действительно указывало именно на это. Никаких признаков варрийцев. Ни базы, ни ремонтных цехов, ни защитных турелей. Глухое место"

– Попробуйте связаться с другими группами. Может нас кто-нибудь услышит.

– Нас могут засечь.

– Это уже неважно. Мы и так уже слишком далеко зашли.

Кто-то из пилотов принялся вызывать остальные группы.

– Говорит Ливанов. Кто-нибудь отзовитесь. Мы прошли указанным маршрутом до самого конца, но в назначенном месте ничего не обнаружили. Необходимо уточнение данных и координация всех маршрутов.

Но эфир молчал. Так мерзко мне не было уже очень давно. Болота глушили любую связь и никакие дроны, пущенные генералом над топями для обеспечения связи, не могли пробить эту защиту. Мы остались глухи и слепы. Единственное, что группа могла сделать, так это медленно двигаться вперед по еще твердой поверхности.

Выбора не осталось и колонна, взревев монотонным гулом, зашагала вперед. Вокруг стояла болотная вода. Она была похожа на разлившееся нефтяное пятно, способное в одночасье поглотить в себя любой предмет или существо, решившее ступить на ее вязкую поверхность.

Ничто так не заставляло напрягаться всех пилотов как факт того, что смерть его застигнет неожиданно и не оставит ни единого шанса на выживание, сведя на нет всю мощь тяжелой машины.

Вскоре под ногами робота я почувствовал твердую опору. Металлическую. Соприкоснувшись с ней, опорная нога боевой машины выбила в воздух глухой, но ярковыраженный звук, который нельзя было спутать с чем-то другим.

Я посмотрел на это место и перевел свет прожекторов на нечто, что лежало аккурат под ногами робота. Скрытый болотной тиной и уже почти заросший по всей поверхности, перед моими глазами находилась настоящая дорога. Ее бледно-серое покрытие уже успело позеленеть и слиться с общим мертвым пейзажем этих топей, но прочность была все такой же, что вселяло надежду в наше движение.

– Мне это кажется или это то, что я думаю.

– Дорога... Дорога, черт бы меня побрал! Они проложили здесь дорогу!

Эфир наполнился удивленными и радостными речами.

– Значит мы уже близко. Мы пойдем по ней, и она должна привести нас к базе варрийцев, а там, глядишь, и остальные группы подоспеют.

– Если они вообще дошли, черт его знает, как они себя чувствуют в данный момент.

Дорога тянулась сквозь огромное русло реки. Шириной в две с половиной машины, она, почувствовав идущую по ней колонну, внезапно засверкала многочисленными огнями, размещавшимися вдоль всей дороги по обеим сторонам. Как взлетная полоса, она освещала путь и давала такой необходимый ориентир для идущей вперед колонны, указывая направление вглубь.

Стало все намного легче. Напряжение сменялись уверенностью, и скорость движения постепенно увеличивалась.

Огни скрытой дороги сияли ярким светом. Их мерцание распространялось во все стороны как яркий фейерверк, как взрыв фосфорной бомбы. Он буквально резал глаза своим свечением и заставлял отворачиваться немного в сторону, чтобы не потерять дорогу из виду и не ступить в черное, как смола, русло реки.

Наконец, путь был преодолен. Под металлическими ступнями вновь почувствовалась мягкая поверхность болот. Его хлюпающий звук, доносившийся из-под "ног" каждый раз, когда многотонная махина делала очередной шаг, становился все более отчетливым.