Отец взглянул на экран и даже как-то немного выпрямился, что, скорее всего, означало принятие официальной стойки и готовность выдать словесный поток, который чаще всего предназначается журналистам, чтобы сказать обо всём и ни о чём одновременно.

– - Ты захотела пройти практику, чтобы больше узнать об артефактике, за это никто не может тебя винить. "Берлингер" готов предоставить опыт всем, независимо от их статуса и положения в обществе.

Короче, всё плохо.

– - Тогда ещё вопрос...
– - огорошено пробормотала я.
– - Что будет, если Эван решит приударить за кем-то из нас?

– - Его уволят, -- резко посерьезнел Руперт и настороженно осведомился: -- Он что, что-то сделал?

– - Ну фу, папа!!! Он же старый!!!
– - показательно скривилась я.

Отец очень легко купился.

– - Это тебе сейчас кажется, что старый, но в тридцать жизнь только начинается, -- оскорбился он.

– - Ну, твоим сединам лучше знать, -- весело парировала я.

– - Надо будет обсудить с мамой твоё воспитание.

– - Не надо! Кстати, можно тебя об услуге попросить?

– - Моим сединам пора на работу.

– - Эй, ты заставил чокнутого Джэйсона Уэльса приглядывать за мной. Он всю ночь называл меня ДИТЯ. Ты мне должен!

Руперт начал методично раскладывать бумаги на своём столе, делая вид, что ничего не услышал.

– - Так что ты хотела?
– - выгнул он бровь.

– - Мне нужен телефон рациомага, с которым я работаю. Очень надо кое-что с ним обсудить.

– - Попробую, но ничего не обещаю, -- буркнул папа, неосознанным движением почесав седые виски.

Разведслужба отца сработала так быстро и безукоризненно, что уже через пять минут я со спокойной совестью пыталась дозвониться до Корни. В режим голограммы переходить не стала, чтобы не пугать телепата с утра. Он не отвечал долго -- наверняка разглядывал незнакомый номер, решая, брать или не брать трубку. В итоге взял.

– - Да?

– - Привет. Это Эрин.

– - А-а-а!!!
– - взорвался он.
– - Откуда ты тут?!
– - Судя по шипящему шуму, он злобно затряс видеофон, пытаясь, наверное, выкинуть меня оттуда.

– - Хочу узнать, как у тебя дела.

– - Каким макаром ты узнала мой номер?!

– - Ты сам мне его дал, -- невинно воспользовалась чужой отмазкой.

– - Я тебя уже ненавижу!
– - выплюнул он в трубку.

– - Зайка, для тебя есть задание, -- мило проворковала я.

– - Не смей так меня называть!

– - Ты должен подобраться к Элис и узнать у неё кое-что про Эвана. Его привычки, что он любит есть, и главное -- какой кофе пить!

– - Да и иди ты в баню! Почему я должен тебе помогать?

– - Зайчёныш, ну кто, как не я, может долго рассказывать папе, какой ты добрый, отзывчивый и очень талантливый маг?

– - Ещё раз так назовёшь -- и я тебя придушу!

– - А что, ты премию "Берлингера" уже не хочешь?

На том конце провода злобно засопели.

– - Ты просишь меня подобраться к Дьяволу!

– - Нет, Корни, я прошу принести себя в жертву во имя спасения товарища. Ты станешь героем, твоё имя войдёт в анналы "Берлингера".

– - Вот только не надо моё доброе имя пихать ни в чьи анналы, ладно?!

– - Так что, зайчик, справишься?

– - Р-р-р!!!
– - было мне ответом.

К полудню я получила всю нужную информацию об Эване, собрала всё самое важное о клиенте, придумала более менее адекватную стратегию и заказала латте макиато с сиропом и шоколадом.

Всё складывалось как нельзя удачнее, но, к сожалению, не только у меня.

Мы встретились с Шэйном в лифте. Я ехала наверх с первого этажа, а он зашёл где-то посередине -- с папкой бумаг, планшетом и кофе в руках. Мы переглянулись, вежливо поздоровались и, пока кабинка двигалась дальше, незаметно начали принюхиваться к напиткам друг друга.

Латте макиато с сиропом и шоколадом!!! А на его стакане ещё написано "Эван"! Да что ж такое-то!

– - Как спалось?
– - со светским выражением лица спросил Шэйн.

– - Я не спала. Всю ночь искала информацию для Эвана.

– - Да? Я тоже. Видела, что Питер Ретфорд недавно избавился от части своих активов?
– - начал прощупывать почву мажорчик.

– - Угу. А ты видел, что он собирается баллотироваться в Сенат?

– - Угу. А ты видела, что ходят слухи о его разводе?

– - Угу. А ты видел, что почти все его фирмы работают с госзакупками?

– - М-м... это имеет какое-то значение?
– - нахмурился Шэйн.

Вслух сказала:

– - Не знаю.

А про себя злорадно хмыкнула.

Когда лифт остановился, мажорчик учтиво пропустил меня вперёд, но уже в коридоре поравнялся. Мы шаркали тапочками по мягкому кофру и прибавляли скорости, при этом делая вид, что ничего такого не происходит. Синхронно вытянули руки с кофе, чтобы не забрызгать пижамы, и прибавляли, прибавляли в шаге. И переглядывались, переглядывались, пытаясь невидимой молнией заставить друг друга сбиться с курса.