Я задумался. В Послушники мне не хотелось, потому как я был одной ногой в Старом Лагере. Но полезные знакомства никогда не помешают.

– Где же мне искать такого человека?

– Народ в Новом Лагере развращен и вовсе не жаждет духовного освобождения. В то время, как в Старом Лагере много людей, чьи души жаждут свободы. Поговори с людьми и действуй!
– ответил Идол.

– А зачем Братству новые члены?

– Мы готовимся к Великой Церемонии вызова Спящего!
– томно закатил глаза Идол Тондрал, - чем больше братьев вызывает его дух, тем большая вероятность, что среди них находится тот, кто станет его Избранным. Это означает...

– Короче говоря, повышаете процент успеха, - пробормотал я, - хорошо, я найду вам такого человека.

Отойдя на бугорок, мне удалось найти сухое место. Откуда возможно было наблюдать за Идолом Тондралом. Он, по всему похоже, являлся здесь чем-то вроде политрука. Перед ним на дощатом помосте сидело несколько Послушников, которых он поднатаскивал в Учении о Спящем. Так минуло почти полтора часа. Идол Тондрал не собирался заканчивать свою лекцию, а его ученики вовсе не стремились разойтись на ночь по своим шалашам.

Поэтому я принял верное решение. Неслышно прокравшись во тьме, мне удалось очутиться в стоявшей за спиной Идола лачугу, где стояли несколько кроватей. На одной из них ваш покорный слуга и устроился, воздав хвалу Спящему за предоставленный ночлег. Тот кадр, что советовал мне надеяться на совесть их божества, оказался прав. Я очень быстро уснул и провел прекрасную ночь. Конечно, если бы находилась мягкое девичье тельце, ночь могла бы стать и вовсе - незабываемой. Но, как говорится: в отсутствие гербовой, пишем на клозетной. Евдокия Кулакова - баба тоже ничего, особенно после длительной голодухи.

Утром я проснулся вместе с первыми жабами и выглянул наружу. Над болотом стоял густой туман, в котором мои шмотки моментально отсырели. Идол Тондрал все так же бубнил основные постулаты из Теории Спящего Духа, а его ученики по-прежнему с прилежанием ему внимали. Подивившись на балбесов, я побрел к выходу из лагеря. Ага, сейчас ты в таком тумане да и найдешь верную дорогу! Когда это проклятие Богов немного развеялось, я обнаружил, что стою у лавки, за которой топчется бритоголовый молодец.

– Ага! Новенький!
– констатировал он.

– Ну, новенький!
– буркнул я.

Но торговца по имени Фортуно отнюдь не смутил мой скорбный вид. Хорошо поставленным голосом, с интонациями популярного ведущего ток-шоу он воскликнул:

– Внимание! Только для новеньких у нас в Братстве! Бесплатный приз! Три косяка с возможностью ежедневного повторения. Вот тебе три штуки "Северного темного". Только не кури их все сразу - возможна опасность отлета без последующей посадки. У нас уже есть один - с деревьями болтает на той стороне болота...

– Весьма признателен!
– кашлянул я.

– Не за что, брат! И еще... если у тебя будут на продажу какие-нибудь травы, то я готов их купить. По сходной цене, разумеется. Только предупреждаю сразу: дубовую кору, сирень и жучье мясо я не принимаю! А то ходят тут... намедни один из Нового Лагеря приволок личинки болотожора. Нахрена они мне, спрашивается?

Я пожал плечами, дескать, ясное дело. Собственно, чего мне здесь топтаться? Задание Декстера выполнено, можно возвращаться с победой в облюбованный мною и выбранный после многих душевных терзаний Старый Лагерь. Ведь мне пойдут доспехи Призрака. Определенно...

Все же, нужно еще раз обойти по периметру это гиблое место. Чтобы больше сюда не возвращаться, чтобы больше не терзаться мыслью о том, что чего-то здесь не увидел, что-то да пропустил. Я свернул влево и вышел на набережную. Тьфу, да что же это такое! Ну какая, к Спящему, набережная на краю болота! Просто, здесь были очень высокие подмости - впрямь, словно на пристани какой-нибудь заброшенной речки. По подмостям прогуливался Страж с выражением крайней озабоченности на лице. Может быть, парня мучил геморрой, а может газы в кишечнике... короче, если бы не щемящее чувство одиночества, я никогда бы к нему не обратился.

– Здорово, да!
– гаркнул я, - о чем грустим?

– Привет!
– ответил Страж, - хвала, Спящему, пока все тихо.

Я осмотрелся. Над болотом стоял рев лягушек, точно они все вдруг узрели стадо кочующих французов. Им вторили местные насекомые и обожравшиеся цапли. Ничего себе, тишина! Но на всякий случай пришлось согласиться. Да, довольно тихо с утра.

– А чего ты здесь караулишь?
– не утерпелось мне спросить.

– Я слежу за тем, чтобы к лагерю не подбирались болотожоры, - ответил он.