11 | 01331 Милицанер один гуляет Следя закон, блюдя устав И лист осенний облетает Висеть на дереве устав И рядом возникают лица Равносионских мудрецов И огненная колесница Летящая с земли отцов И кто-то в воздух поднимает Прозрачный камень лазурит Милицанер все это зрит И безусловно понимает11 | 01332 В Ленинграде стихи почитал И по лицам увидел впрямую — Всю духовность я порастерял Даже если имел таковую Исповедую вновь я и вновь Никому не родную, не близкую Все к Милицьи любовь сатанинскую Господи! но ведь тоже – любовь! Бескорыстная Жалостливая Но и уважительная Нелицеприятная Но и смиренная Необъяснимая Но и опасная Двусмысленная Но – любовь!11 | 01333 Где с ласточкой Катулл Со снегирем Державин И Мандельштам с доверенным щеглом А я с кем? – Я с Милицанером милым Пришли, осматриваемся кругом Я легкой тенью, он же – с тенью тени А что такого – всяк на свой манер Так все – одно! Ну, два! Там просто все мы – птицы И я, и он, и Милиционер11 | 01334 Духовной пищею томим В столице снежной я томился И постовой Милицанер На перекрестке мне явился Он с виду был как столб простой Главою в небо уходящий Он мне сказал: Стоишь – так стой И будешь здесь примером вящим11 | 01335 Милицанер гуляет строгий По рации своей при том Переговаривается он Не знаю с кем – наверно, с Богом И голос вправду неземной Звучит из рации небесной: – О ты, Милицанер прекрасный! Будь прям и вечно молодой Как кипарис цветущий11 | 01336 Когда из-за облака Милицанер В день Гнева Господня вдруг выглянет, скажем Так что мы ему в оправдание скажем И будучи самых раскованных вер А мы скажем, внезапно душой осмелев: Послушай, ты помнишь, как там на земле Идеей ты был укреплен в небесах И это читалось на местных весах Но щас, уже в теле идейном Ты в чем укреплен, чтобы быть судией нам11 | 01337 Про то сья песня сложена Что жизнь прекрасна и сложна Среди небес полузаброшенных Порхает птичка зензивер А в подмосковном рву некошеном С ножом в груди Милицанер Лежит
