Развернул часы таким образом, чтобы показать гравировку на крышке сзади.

Без сомнения, она ее читала.

«Горжусь тобой, большой человек. Маргарэт».

– Большой человек – это мое прозвище. Марджи дала мне его еще в детстве. У нас была большая разница в росте, хотя сестра старше меня на семь лет.

– Вы очень близки. В вашем голосе необычная теплота.

Я поднял голову, встретился с проницательным взглядом серо-зеленых глаз. Мгновение полного спокойствия, изучающего созерцания – мы смотрим друг на друга.

– Вы очень умная и сильная девушка, столкнувшаяся с такими трудностями, с которыми не каждый справится. И вы должны понимать, что очень рискуете. Вам надо прекратить этим заниматься и найти хорошую работу.

Промолчала. Только нижняя губа дрогнула, а глаза чуть потемнели. Сдерживает возражения.

– Я благодарна вам за то, что не обратились в полицию. И не обратитесь. Уже поздно. Утром меня ждет работа. Думаю, вас тоже. Вы можете зайти в следующую пятницу в это же время. Я верну вам ваши деньги. Все до доллара.

Двойная черта. Ледяные границы.

– Конечно.

Сжал в кулаке часы, поднялся со стула, отодвинув от себя кружку.

У двери мы минуту снова изучали глаза друг друга. Пытались «прочесть», предположить, разгадать.

– Прощайте, - уставшая, но несгибаемая, далекая, но такая близкая.

– До встречи, Клэр.

Я услышал ее историю. Заглянул в глаза. Но это породило большее число новых задач.

Точно круги на воде от упавшего на дно камня.

6.

Она долгое время смотрела на меня. Во взгляде - лед, отчуждение, близкое к ненависти. Наконец проронила:

– Я не нуждаюсь в благотворительности.

Слова как горсть снега, брошенная мне в лицо.

И не ожидал горячей благодарности в ответ на свой жест: принес новый стул, был намерен поправить дверь шкафчика и сообщить важную новость. Но и не ожидал такой враждебности.

Крупица ответной злости гасилась пониманием: вероятно, я сильно задел ее гордость. Пересек какие-то личные границы.

– Это не благотворительность. Вернете деньги потом.

– Вчера я объяснила вам ситуацию. Что не могу позволить себе лишних расходов.

– Скоро сможете. У меня для вас предложение о хорошо оплачиваемой работе.

Опустила голову. Закрыла лицо ладонями. Распущенные растрепанные волосы скользнули с плеч. Свободная синяя футболка собралась впереди складками.

Просторная одежда, оставленная открытой на матрасе книга, сбитое одеяло - все говорило о том, что Клэр готовилась ко сну. Я потревожил ее. Помешал отдыху. Еще и поэтому она могла быть недовольна моим присутствием.

Поставив стул у стола, снял с сиденья и спинки защитную пленку. Обернулся взглянуть на девушку.

Наблюдала за мной. Привычная закрытая поза: сложенные на груди руки, плотно сжатые губы. Пристальный взгляд усталых глаз.

Если видит меня насквозь, знает ли причины моей помощи?

– Ложитесь и отдыхайте. Через несколько минут я уйду.
– Выложил на стол визитку.
– Здесь телефон и имя. Завтра можете позвонить и узнать все, что вас интересует.

Молчалива. Равнодушна.

Холод, идущий от окна. От нее.

Извлек инструменты из кармана пальто. Счел нужным пояснить:

– Вы говорили о том, что работали няней. Моя сестра как раз ищет девушку с опытом. Ее дочке двадцать шесть месяцев. Работа будет, вероятно, с плавающим графиком. Маргарэт - организатор свадеб и банкетов, бывает занятой в разное время суток.

Молчание.

Молчание, пока возился с дверцей шкафа. Молчание, пока надевал пальто.

Не торопился к двери.

Молчание.

Это задевало. Беспокоило. Мешало анализировать. Прогнозировать благополучный исход.

Я завел мотор, приготовился ехать, поднял глаза на ее окна. В прямоугольнике света - она. Смотрит на мою машину. На меня.

Секунда, другая - исчезла.

7.

Клэр уже ушла. Я опоздал приблизительно на час. Если судить по степени “нервического” беспорядка в гостиной сестры.

Кейт посапывала в углу дивана, прикрытая кардиганом матери. Марджи сидела рядом с раскрытым органайзером на коленях. Грызла кончик ручки.

– Как прошел первый день Клэр? Уже договорились о графике?

– Тс-с-с!

Сестра бросила предупреждающий взгляд на ребенка. Отложив органайзер, поманила меня на кухню.

– Так каков твой интерес, братик?
– поинтересовалась она, налила себе в стакан апельсиновый сок.