Она пришла без костюма. Было странно наблюдать издалека, как она приближается. От нее исходила жутковатая уверенность, которая, как он знал, вовсе не является частью её натуры. Возможно это впечатление возникало из-за того, что она смотрела прямо перед собой. Она не обращала внимания, когда ветер бросал волосы ей в лицо, она не оборачивалась, чтоб осмотреть улицу, переходя через перекрёсток.

Пожалуй, нужно сказать ей об этом. Если она использует свою силу, сканируя окрестности и выискивая опасность, то, наверное, нужно избегать подобного поведения, переодеваясь в гражданское.

Она остановилась неподалёку. В одной руке держала сумку из магазина, другой поправила волосы. Одета в чёрную майку, джинсы и резиновые сапоги. Поверх пояса повязана толстовка. Он догадался, что под ней спрятано оружие. Когда она посмотрела на него, очки поймали отражение закатного солнца и стали почти непрозрачными.

– Решила меня проведать?

– Чертёнок просила, - сказала она. Ему стало неуютно от её оценивающего взгляда.

Он кивнул. Это объясняло поведение Чертёнка. Она хотела, чтобы он остался и не пропустил появление Тейлор. Ему стало неловко за разбитые руки. Она заметила их, но промолчала.

– Но я в любом случае хотела зайти, - добавила она.

Снова кивок. Что он может на это ответить?

– Сумка?
– спросил он, меняя тему.

– Думала приготовить нам ужин. Если хочешь - можешь отказаться.

– Ладно, конечно.

Он отошёл в сторону, впуская её, затем закрыл и запер дверь.

Не то чтобы замок мог защитить от тех людей, что наполняли его кошмары. Самая мерзкая часть работы с кейпами - понимание, что никакие меры безопасности не спасут от негодяев. Всегда найдутся такие как Девятка, Левиафан или Бегемот. Сила неизбежная и неотвратимая, как стихийное бедствие. Это как холодная война, когда живешь с чувством, что в любой момент могут начать падать бомбы, и никто ничего не сможет с этим поделать.

Вот только, в отличие от зачинщиков холодной войны, чудовища, о которых он думал, не столь рациональны, и их не остановит даже возможность появления Сына.

– Эй, - заговорила Тейлор, - ты в порядке?

– А?

– Ты уставился в пространство. Пошли, присядем, поговоришь со мной.

Брайан кивнул и провёл её на кухню. Он решил постоять, а не брать стул.

– Будешь куриные грудки?

– Конечно.

Она потянулась к сумке с продуктами и вытащила пакет с курицей в маринаде.

– Хотела найти свиные отбивные, но пару дней назад я жарила свинину для своих людей. Мяса осталось так много, что мне пришлось пару дней питаться только им. Уже тошнит от свинины.

– Ага.

– У нас по базе бегает множество детей. Это довольно мило, но утомительно. Они абсолютно безбашенные. Когда они счастливы, то просто на седьмом небе, когда несчастны - тонут в отчаянии, понимаешь?

– Я особо не общался с детьми. Только с Аишей, когда был младше, но мне кажется, что её не стоит сравнивать с другими.

– Она и вправду сама по себе, свыкается со своей силой, пытается понять, где и когда она нужна. Это непросто, к тому же никто из нас не знает, где она пропадает половину времени.

– Она подвергает себя опасности?

Тейлор принялась жарить курицу.

– И да, и нет. Она обезвредила Ночь, которая не могла использовать силу и не знала, что Аиша рядом. Так что она была в безопасности.

Аиша обезвредила Ночь?

Это беспокоило, но он не мог объяснить, почему.

– Мы захватили Виктора. Мне не понравилось, что Лиза не предупредила меня заранее, но мы его взяли. Подумали, что ты сможешь одолжить его силу, может быть, получишь какие-то долговременные навыки.

– Да, Аиша говорила об этом. Я не знаю, будет ли толк.

– Думаешь, нет?

Брайан попытался мысленно сформулировать ответ. Что там говорила Ампутация? Что-то про пассажиров.

Он посмотрел на Тейлор, которая занималась мясом, обжаривая его со сладким картофелем и пастернаком. Она оглянулась на него через плечо, и в памяти всплыл образ, как над ней, лежащей на полу, склонилась Ампутация. Он вспомнил лоб в окровавленных ошметках и компактную электропилу, которая углублялась в череп с тонким, ноющим звуком.

Он отвел взгляд.

– Что случилось?

– Пытаюсь привести мысли в порядок. Устал.

– Хочешь, поговорим об этом?