– ФРГ, - сказал я.

– Дания, вроде, - ответил Дро.

– А.

– А может, нет. А ты был в ФРГ?

– Нет.

– А в ГДР?

– Да.

– Но ты же наверное в чистой Германии был.

– Нет, я в ГДР как раз был. Зачем мне врать?

– ГДР, - сказал Дро, - знаешь, людей надо менять. Общество менять. Нельзя только жрать. Надо, чтобы интереснее было жрать.

– А я ж за что?
– спросил я.

Футбол был как футбол. Нет, Спартак никогда хорошо не играл, а в былые годы вся эта перепасовка, мелкая, без вязкости в середине - это не то, чтобы пас. Это стеночка. А Юра Гаврилов не знает, что делать с мячом, если ворота пустые. Федя Черенок, ясное дело.

Курили мы много, чтобы искуриться советским табаком. Так было до сна. Потом сон. И дым. И висят топоры. Я выпил каких-то капель, чтобы избавиться от дидактического наследия. Это было сложно. Это было невозможно. Во сне я видел судьбы мира, и это жутко парило мозг.

Такая вот теплица. Вы были в теплице? Еще говорят - парники. Но парники - это без подогрева. А с подогревом - это теплица. Как раз при СССР, сейчас, то есть, это актуально. Где ты купишь огурцы? Правильно, на рынке. Их вырастил тепличник.

Я не смог заснуть и стал курить. Выкурил одну штуку "Ракета". Потом - одну штуку "Столичные". Потом - "БАМ". Не все сигареты были вкусными. Например, если вам попадается табак завода "Погар", то лучше повеситься. Липецкий табак - также для экзекуторов. "Прима" (Тбилиси) - пойдет. Нормально. Это что касается сигарет без фильтра.

Утром идея о создании ансамбля "Курение" продолжала меня сопровождать. Но мы ничего не делали. Каждый лежал на своём диване и что-то читал. Не знаю, какой был год. 82-й, кажется. Никакого телика. Только газеты, только книжки. Здоровое питание.

– Еще может забухаем?
– спросил Дро.

– А что там у нас?
– ответил я.

– Ничего нет.

– Оставалось винище.

– Я ночью встал и допил.

– Пьянь.

Он ничего не ответил. Читал "Труд". Я нашел на полке роман "Судьба", и всё это было символично.

"Судьба"!

Конечно, тут всё - сурово. Советское. Хорошее. После СССР в мире уже ничего нет, это я точно знаю, просто людям сказали: и судите о жизни по жрачке. Но и куры судят о жизни по жрачке. Нет, нет. Я даже сказал вслух:

– О жизни надо судить по космосу.

– Чо?
– спросил Дро.

– Я говорю, по жизни надо судить по космосу.

– Гонишь?

– Чо ты там?

– Хочешь подраться?
– осведомился Дро.

– Да ну тебя.

Я читал, читал. А он мучился. Ему бы прямо сейчас - пивка. А это надо идти аж на угол, до ларька, а пива может и не быть - могли не завезти. Наверняка, это его напрягает. Хотя в гастрономе, например, есть ром. По 7 рублей. Я всё присматривался, и уже собрался. Рому, иваси - чистого, не сельди этой вездесущей, да и ставриды копченой. Люблю рыбу. Да и колбасу тоже люблю. Копченой взять, чистой такой, без сои, и петь. И, хотя мы говорили, мол - скукота, баб бы - я думаю, если ты мужик нормальный, с бабами всегда можно решить. А с такой колбасой - никогда.

3. Воспоминания

В прошлый раз на операции мы ловили мелких, гадостных, пришельцев. Я потому знаю Дро в работе - он если перестанет пить, то может и не курить, он может перейти на спортзал, и всё. Но мы же здесь, в том краю, где как раз есть все эти невозможные товары, прекрасная колбаса, при чем, мы спустились еще до Горбача, и всё в порядке.

Мы работали, надо сказать, под Пермью.

Дро предупредил:

– Я - командир. Смотри, какая гадость! Многие менты - не менты. Обнаружен спуск инопланетян по лучу, они вселяются в ментов, ездят, палочкой машут. Всё это сквернее некуда.

– Они забирают людей?
– спросил я.

– Не знаю. Пока фактов нет.

Мы занялись. Один раз чуть не постреляли нормальный наряд. Я был за рулём, нас остановил бочонок в 200 кг весом.

– Жопа не тянет?
– спросил я.

– Чо?

Тут началось. Ну, я быстро решил - либо валить, либо ехать. Но потом здоровые мысли восторжествовали. "Учись, говорю, шкаф, как правильно падать". Бац его, на спину. Второй передергивает автомат. Дро у него автомат выхватил и выбросил в кусты. Говорит: поехали. Всё чисто.

Когда выезжали, сзади стали стрелять. Я в обратную засадил из дробовика, чтобы сильно понты не колотили, что стрелять умеют. Потом выдал им дымовую гранату, из ружья же. Но понятно, они сообщили на пост. Мы свернули на просеку, и никто нас не нашел. Больше ничего не знаю. Но больше мы не ошибались. И уже двумя днями позже я встретил этот наряд. Люди, как люди, но в глазах - зеленый свет.

– Ваши документы.

– Зачем прибыли?
– спросил я прямо.

Он покрутил головой. Всё это напоминало закрутку. То есть, закаточную машинку. Когда банки закатывают. Правда, есть новые - их не надо крутить. Ну, вы в курсе. Да сейчас уже никто и не закатывает. Типа и надо.