– Аль вы сами не люди, окаянные? Убудет от вас, что ль, сказать, до коле мне тут томиться смерти ждамши?
– вопрошал он.

– А нам почем знать? Натворил делов - так сиди теперича, авось образумишься мальца пред тем, как на Небе ответ держать.

– Да провались ты в преисподнюю!

Обида терзала разведчика - жалел он, что глупо попался на городских воротах, не подумал, как скоро Кендалл оповестит о нем ближайшие города. Обойди он через перевал, а не трактом напрямую, гулял бы сейчас на вольных хлебах - и поминай, как звали. Смерти же он не страшился, достаточно повидал косую на полях ратных, чтоб горевать о судьбе своей сейчас. Однако ж ожидание в безвестности его подтачивало, и хоть он и спокоен был, дни проводил в думах тяжких, подолгу глядя в темноту клетки.

Вот и сегодня он сидел на соломе, привалившись к стене, когда его обострившийся во мраке слух уловил чужие шаги, спускающиеся в подземелье. Не топот грубых солдатских сапог, но мягкий шорох дорогой обувки. Достигнув коридора с камерами, неведомые шаги стихли возле караулившего его стражника, и послышались голоса.

– Милорд, я не могу...
– хрипло начал страж, но его оборвал мягкий, знакомый сотнику голос сына наместника Калтонхолла:

– Дело у меня к нему важное, поговорить надобно! Сам понимать должен!

– Не могу я, господин. Без приказа начальника стражи велено никого не пущать!

– Начальник стражи моему отцу подчинен, а тот добро дал.

– Мне о том не ведомо.

– Мне что, его лично сюда привести прикажешь, стражник? Знай свое место!

– Да черти с вами!
– в сердцах воскликнул солдат.
– Мое дело маленькое. Коль хотите с изменником якшаться - я на пути стоять не буду.

Сотник услышал, как караульный стал отходить к лестнице, а сын местного головы пошел к его темнице. Шаги замерли прямо за его дверью - как будто посетитель не решался исполнить задуманное, но мгновение спустя раздался лязг отодвигаемой заслонки на дверном оконце. В вечный мрак темницы ворвался тусклый голубоватый свет, который все равно ослепил Реджинальда - отвыкли глаза его от долгого пребывания во тьме. Сотник кинул прищуренный взор на появившееся в проеме лицо наследника, не проронив ни слова. Сын наместника глубоко вздохнул и негромко произнес:

– Ты на волю хочешь?

Сотник даже привстал с соломы от неожиданности. Он думал, что пришло его время суда, и ждал совсем иного от гостя.

– Ты поглумиться что ль спустился, голова?
– спросил он, щурясь в сторону оконца.

– Делать мне нечего больше!
– отозвался голос из коридора.
– Беда у нас, за подмогой пришел к тебе.

– Да ты в уме ли, княже?
– Реджинальд опустился обратно в солому.
– Дверью не ошибся часом?

– Не дерзи мне, изменник.
– спокойно произнес Арлен и усилием воли превратил сопровождавший его тусклый магический огонек в яркий светильник, озарив камеру разведчика. Сотник не смог подавить стон и закрыл лицо ладонями, проговорив сквозь зубы:

– Да будет тебе! С чем пожаловал?

Сын наместника приглушил свет и продолжил немного дрожащим голосом:

– Говорено же - совет да подмога твои нужны. На город нежить идет силой несметной, и битвы не избежать.
– на этих словах Реджинальд поднял в удивлении голову на Арлена; - Военных людей у нас на перечет, да и те не шибко опытны. Так что...

– Обожди... Значится, Морган Кендалл разбит?
– спросил сотник с толикой надежды.

– Об чем ты? И при чем здесь...
– начал было гость, но поняв что разведчик не посвящен в происходящее, смолчал.
– Да ты ж не знаешь ничего, верно?

– Отстал я от дел мирских - почитай, четвертую седмицу уж взаперти, многое сбылось, поди.

Кинув на узника испытующий взгляд, посетитель продолжил:

– Да будет известно тебе, что война случилась. Пока под Павендишем мертвецов упокаивали, они у нас под боком объявились. Иренвиг пал, а с ним и земли в округе все вымерли, ряды нежити пополнив. Теперича закружили они нас совсем - на севере генерал Кендалл воюет еще, а на Калтонхолл с юга орда идет. Город опустел на людей ратных, дай небо, пятая часть от гарнизона осталась. А битвы не миновать - нежить на север идет, супротив Кендалла на подмогу, через нас путь их лежит.

– Ох, ну и дела, княже.
– спокойно отозвался сотник, с интересом выслушав рассказ Арлена.
– От меня-то что надобно?

– Помоги город отстоять.
– прямо ответил наследник.

Реджинальд даже усмехнулся вслух:

– А мне с этого корысть какая? Я, почитай, и так мертвец - дай срок.

Арлен покачал головой и сказал тихо:

– Знал, что так оно и будет... Не спроста я спервоначалу о воле спросил. Знай, переживем приступ - и глядеть за тобой никто не станет, катись на все четыре стороны, Небо тебе судья.

После таких слов сотник вновь поднялся с лежанки и на сей раз подошел к двери в упор, норовя лицо пришедшего разглядеть, понять лжет он или говорит правду.

– Я на слово тебе поверить должон?
– спросил он, приблизив свое лицо к наследнику.

Арлен даже вспыхнул от злости, и на мгновение магический шарик засиял опять:

– Дурак ты, али нет? Я лично приговоренного к смерти об услуге просить пришел! Надобно ли добавлять что?

– Добро. Коли ты правду говоришь - ответь: мой меч в бою в обмен на свободу, таков уговор?