Ева сегодня излучала счастье и не на секунду не отпускала руку Роба. Роб пытался заговорить со мной, но я не хотела с ним говорить. Он ведь тоже поедет учиться вместе с Евой! Когда зазвонил мой телефон, я стала нервно оглядываться пытаясь понять, где Этан. Роб принес девочкам содовой и они весело направились к следующим качелям.

Первым Этана заметила я. Он выглядел собранным и похоже немного нервничал. Как только он замечает Еву, его лицо меняется. Не знаю как описать его любовь к ней.

Тут и Роб замечает его, потом Дженни и Анна. Ева шла пока не поняла, что все замерли и тут она посмотрела на Этана. Ее лицо замерло, а потом словно не веря своим глазам стала что-то шептать, делая к Этану шаги. Этан тоже пошел к ней на встречу. На его лице была любовь и радость.

— Этан. — Говорит Ева тихо. — Я помню тебя.

Я улыбаюсь вместе с девочками, про Роба я забыла, мне было все равно на него в данный момент. Лицо Этана освещает улыбка… и тут я теряю челюсть. Ева выплескивает в лицо Этана содовую. Анна и Дженни в шоке ахают, я хватаюсь за рот. Даже Роб в шоке, не понимая, что происходит. Но все стало проясняться, как только Ева заговорила снова.

— С возвращением Этан. Ты был бы первым в списке тех, кого я бы хотела забыть и не вспомнить. Жаль, что ты появился в моей жизни не год назад, забыть тебя было бы проще.

Открыв чистую тетрадь я провела рукой по гладкому листу. Голова болела, но я не думала что это связано с аварией.

— А я все равно люблю тебя Ева. — Шептал голос Этана в голове.

Зажмурившись, я хотела верить, что его слова не утратили правдивости. Больно, так больно вспоминать.

Взяв ручку, я стала писать, то что никогда не смогу сказать никому. Мой план был жесток и эгоистичен, но я хотела сыграть. Иного выхода я не видела.

Я видела Келли у входа в мою комнату, но сделала вид, что не замечаю ее. Она не узнает.

Келли знала и молчала. Родители знали и молчали. Друзья знали и молчали. Роб… воспользовавшись, что я не помню, играет моего парня. Этан… которого я наверное уже лет сто не видела. Неужели ему было плевать что со мной? Им всем плевать на мои чувства, им важны они сами. Но я все изменю. Теперь я кукловод, а они мои куклы.

Игнорировать их встревоженные и шокированные лица оказалось легче, чем я думала. Моя игра казалась реальной даже мне самой. План был готов и шел полным ходом.

Отец шокировал меня новостью про универ и отъезд. Мне хотелось кричать, но я молчала. Это все его план скрыть от меня правду. Раз я уеду, никто не сможет рассказать мне правду, потому что в новом городе меня не будут знать! Но все измениться.

Закрыв глаза, я вспоминаю лицо Этана, когда выплескиваю ему в лицо содовую. Он будет мучиться как я, когда он бросил меня.

— О чем ты пишешь? — Спросила Келли, заговорив.

Я подняла на нее взгляд и встретила серьезный взгляд, который давно не видела.

— Мне велели вести дневник. — Частично призналась я.

Встав из-за стола я закрыла тетрадь и направилась к двери. Нужно будет потом ввести все мои записи в компьютер и поставить на пароль.

— Пошли. — Сказала я, направляя Келли к лестнице.

Спустившись мы сели за стол и приступили к ужину. Все молчат, потому я нарушаю молчание.

— Я видела Этана Норингтона. — Говорю я, ковыряясь в картошке, при этом следя за реакцией за столом.

Мама старательно прячет глаза. Лицо Келли становиться болезненным. Папа гневно смотрит на Келли, а потом стараясь быть безразличным кивает. Я тяжело вздыхаю и спокойным голосом спрашиваю.

— Как давно он вернулся?

— Что? — Спрашивает папа, резко посмотрев на меня, а потом на Келли.

Келли поднимает взгляд на отца и отвечает.

— Она не помнит его. — Отвечает она.

От ее ответа я хочу ударить ее. Ну же Келли скажи правду! Но она молчит.

— Я помню его. — Говорю я шипя, и решая внести понятность, шепчу. — В прошлом…

— Ох. — Вздыхает мама.

Опять молчат, но отец видимо успокоился.

— А что я должна была помнить? — Спрашиваю я.

— Вы были друзьями. — Отвечает отец быстро, словно заранее подготовив дальнейшие ответы.

Ну зачем все это папа?

— Вот почему все так отреагировали, когда я его содовой облила. — Говорю я отрывисто.

Отец смотрит на меня, а потом на Келли.

— Возможно. — Наконец-то отвечает он. — Ты ведь не помнишь… ты ведь ничего не помнишь из того, что было?